Отцу не нужно было беспокоиться об этом, потому что я больше не собирался вести себя как тупой урод. И вообще, у нас была впереди вся оставшаяся жизнь, чтобы помириться друг с другом. Время не всегда может залечить раны, но иногда достаточно слов и понимания, чтобы заполнить пустоты в сердцах.

Решив приложить вдвое больше усилий, чтобы полностью исправить отношения между нами, я прочистил горло и повернулся к отцу.

— Просто для ясности, — пробормотал я. — Клоунов не будет, верно?

Удивленный смешок сорвался с губ отца, прежде чем он ответил:

— Ты до сих пор не забыл тот сюрприз?

— Забудешь, пап, как же.

Мне после него несколько дней снились кошмары.

Отец покачал головой и усмехнулся. И эта улыбка не сходила с его лица всю оставшуюся дорогу. Я заметил, что всякий раз, когда я называл его папой, его глаза затуманивались, а на лице появлялось довольное выражение.

Заметив на себе мой пристальный взгляд, отец потрепал меня по волосам, прямо как в детстве. Я зарычал и отбил его руку, заставив отца громко рассмеяться.

Смущенный проявлением отцовской ласки, я снова устремил свой взгляд в окно.

Но на этот раз с улыбкой на губах.

34.4. Горе утраты

— Привет, Маша.

Я смотрел, как отец возлагал розы на ее могилу. Рука отца сильно задрожала, когда он дотронулся до могильной плиты. У меня сжалось сердце, когда его плечи затряслись.

— Я здесь, — сказал отец сиплым от волнения голосом. — И Леша здесь. Я же говорил тебе, помнишь? Я говорил тебе, что когда-нибудь приеду сюда с Лешей. С нашим сыном. Конечно, мне потребовались годы, чтобы сделать это. Но я все равно это сделал.

При этих словах я почувствовал, как у меня перехватило дыхание.

Борясь за кислород, я смотрел, как отец рухнул на колени, держась за надгробие, и беззвучно плакал по своей жене.

Его тихие рыдания наполнили воздух, болезненно отзываясь во мне.

— Папа, — прошептал я, положив руку ему на плечо и сжав его.

— Ты слышишь, милая? Он даже называет меня папой, — отозвался отец, громко всхлипнув. — Скоро он будет называть меня папой, как раньше, и снова ходить за мной по пятам.

Воздух вернулся в мои легкие и мне пришлось приложить огромные усилия, чтобы не улыбнуться своим воспоминаниям."

"— У нас все хорошо, Маша. У нас с Лешей все хорошо. Он позволил мне снова стать ему отцом.

Он даже хочет жить со мной. Но я не уверен, что он проживет и месяца со мной, ведь у меня дома такой беспорядок. Он же не может даже видеть грязную посуду в раковине. Он такой же, как ты, — хрипло сказал мой отец. — Такой же, как ты.

Меня переполнило горе, когда я смотрел на отца оплакивающего мою мать. Ком в горле стал таким большим, что я с трудом сглотнул. Я сделал глубокий вдох, в попытке успокоиться.

— Я люблю тебя, Маша. Я люблю тебя. Я так сильно тебе люблю, — всхлипывал папа.