Настоящий горностай, убегая, выдал себя — его лапки оставили свежий отпечаток в иле у ручья, а трава качнулась там, где он проскользнул. Ещё я заметил, что после создания иллюзии он замер на миг, его бока вздымались тяжелее. Похоже магия жрёт его силы и вечно он так делать не сможет.

Но ты голоден, дружок, и запах рыбы не даст тебе уйти далеко.

Ловушка цела, приманка на месте. Надо просто сделать так, чтобы ты поверил, что безопасно.

Я знал, что горностаи возвращаются к еде, если их не спугнуть, а меня он не заметил. Моя задача — перехитрить его, заставить подойти ближе и войти в ловушку без страха.

Не может же он вызывать свои иллюзии без конца!

Решил использовать его жадность и осторожность против него самого.

Я аккуратно подполз к ловушке, ступая по камням, чтобы не оставить новых следов. Осмотрел конструкцию: стебли «телесника» растянулись под весом камня, из-за чего дверца упала неплотно. Слабое место. Если он снова войдёт, надо, чтобы всё сработало быстрее.

Если он чует магию, как я теперь думаю, то какой-то след татуировок Зверолова мог его отпугнуть — вот почему он вызвал иллюзию. Надо сделать ловушку частью леса.

Затянул узлы потуже, проверяя, чтобы стебли не проскальзывали. Потом зачерпнул горсть ила с ручья и обмазал прутья, добавив сверху мох, чтобы убрать свой запах и следы татуировок, которые могли насторожить зверя."

"Теперь нужен был ход, чтобы заманить его. Нужно разбросать приманку, чтобы сбить с толку. В ведре было немного рыбьей чешуи. Я взял щепотку и размазал её по траве в метре от ловушки, создавая ложный запаховый след, но не оставляя еды. Понюхает, разозлится, что пусто, и пойдёт к настоящей рыбе. Это должно было подтолкнуть зверя к ловушке, где запах сильнее.

Возможно, эта эмоция заставит влететь внутрь без иллюзии, зависит от того, насколько голодный зверь.

А если ты придёшь ещё раз, дружок, то ты точно голоден.

Я понимал, что механизм ловушки не идеален. Если горностай войдёт и почует неладное, он может выскочить. И руки слишком медленные для такого быстрого зверя — никак не поймать, да и опасно, ведь не знаю на что он способен.

Огляделся и заметил длинный прут, лежащий у ручья. Если дверца будет падать медленно, можно ей помочь. Лёг на землю в паре метров от ловушки, укрывшись мхом и ветками так, чтобы слиться с лесом.

В руках держал прут. Главное — не спугнуть, лежать тихо, как камень, и ждать.

И минут через пятнадцать горностай вернулся!

Я сразу заметил его осторожные движения, но его носик всё равно тянулся к запаху. Он остановился у пятна чешуи, принюхался, фыркнул и повернулся к ловушке. Я затаил дыхание, чувствуя, как татуировки снова запульсировали.

Его шерсть засветилась, но иллюзия вышла слабой, расплывчатой, будто он выдохся — видимо слабый питомец, но я на это и надеялся.