Она смотрит на меня в неком непонимании, но не продолжает пинать, просто тяжело вздыхает. — Да, — срываюсь, под её молчаливым осуждением, — это мазохизм, невозможно, настоящий ужас, но я всё равно люблю его! — почти кричу, и она берёт меня за руку.

— Тебя никто не осуждает, — мягко говорит она. — Сердцу не прикажешь, но я переживаю за тебя! Асад красивый, смелый и опасный, а нас девушек всегда привлекает эта ядовитая смесь. Но вдруг он не приедет…, что будет с тобой?

— Роксана! — вдруг гремит со стороны Максим, который спускался лестницей вниз и явно стал свидетелем её последней речи. Он приближается к нам, в его глазах целый ураган злости, который смог бы сокрушить половину планеты, а моя сестра спокойненько продолжает себе сидеть на месте, и только бросает на него быстрый взгляд, одарив улыбкой. — Красивый, смелый и опасный? — рычит, и мне вдруг становится не по себе.

— Всё правильно, — подтверждает эта зараза, и я не могу сдержать улыбки. Явно намеривается задеть, подразнить, кольнуть, но вовремя останавливается добавив: — Но ты в сто раз лучше, поэтому я и выбрала тебя!

Воронов молчит, смотрит на жену несколько секунд, а после склоняется к ней, и шепчет ей прямо в рот:

— Чтобы я, такого больше не слышал, о других мужчинах!

— А-то что? — не угомоняется Роксана, ехидно сощурив глазки. Вот это заряд между ними, даже как-то завидно стало…но по-доброму. Я рада была за сестру."

"— Ты не всю жизнь будешь ходить беременной. Накажу! — обещает. — Способ ты уже знаешь…, - предупреждает, и весь её запал мгновенно угасает, возвращая к ней серьезность и спокойствие.

А мне вдруг становится любопытно, что это за способ такой.

Но у каждого в семье свои штучки. Наверно и Макс подобрал подход к хитрости моей сестры.

— Вот так-то лучше, — довольно заключает Максим, запечатлев нежный поцелуй на губах девушки. — А на счёт Асада, не стоит даже переживать! — бросает. — Он прилетит за Миленой, если не сегодня, так завтра…

— И улетит обратно! — говорит сердито Роксана.

— А это уже, будет зависеть от твоей сестры. Никто вмешиваться не будет, — говорит он, и я перевожу на него свой взгляд.

— Ты что-то знаешь? Он говорил что приедет?

— Нет. Но он любит тебя, и это может быть не понятно, разве что дураку…

— Значит я дура! — выпаливаю. — Потому что я ничего не понимаю! — устало.

— Ох, и зачем было вмешиваться! — сердится Роксана, смерив Максима упрекающим взглядом. — Лучше забери ребёнка и уходи в комнату. Мы тут уже как-нибудь сами разберёмся. Утешитель …

— Эм…, - вдруг теряется Максим. — С ребёнком вы тут уже как-то сами…

— В смысле? — уточняет шокировано Роксана.

— Я не знаю, что с ним делать, поэтому занимайтесь им сами…, - отвечает, и Роксана поднимается на ноги, оставляя Амира на диване.