Что мне в нем нравится, помимо того, что он вырос в Великобритании и, следовательно, обладает очень британским чувством юмора, так это то, что он на сто процентов поддерживает всех своих детей. В этом плане он немного напоминает мне моего отца, который сейчас определенно в команде Николая.

Он никогда его не ненавидел, но после того, как он спас меня в тот черный день, папа проникся к нему огромным уважением.

На данный момент только Киллиан отстает в голосовании за популярность в семье Кингов.

— О, — Кайл смотрит на нас и делает вдох. — Я думал, что помешал вам.

— Так и есть, — Николай появляется рядом со мной, дуясь как ребенок. — Награда «Секс-стоппер Года» достается всемогущему Кайлу Хантеру.

— Николай, — я толкаю его локтем.

Кайл, однако, не выглядит смущенным и даже приподнимает бровь.

— Кажется, ты в порядке. Наконец-то хоть какая-то месть, за все твои проделки с членом в детстве.

— Я был буквально малышом. Смирись с этим.

— А также в твои младшие и школьные годы, — перечисляет он на одной руке. — Подростковые годы и годы учебы в колледже… мне продолжать считать?

— Я не могу в это поверить! — Николай вскидывает руки вверх. — Алло, Мелочная Полиция? Я заявляю на своего отца.

— Попробуй посади меня.

— Я могу снять обвинения, если ты просто уйдешь. Сейчас, блять, пожалуйста.

Я улыбаюсь, глядя на их препирательства. У них самые комичные отношения, которые я когда-либо видел, и с ними очень весело находиться рядом.

— Твоя мама и сестры ждут вас на ужин. Тебе придется отложить свои планы на потом, — он смотрит на меня с мягкой улыбкой. — Я прошу прощения за его неуправляемое поведение.

— Папа!

— Что? Ты держишь его здесь взаперти уже несколько часов.

— Скорее, он держал меня взаперти, а я даже не получил свой приз, — бормочет он, как побитый щенок.

— Я действительно в порядке, — говорю я Кайлу.

— Эй, пап, — он подталкивает его. — Сделай это.

— Что сделать?

— То, о чем мы говорили.

Я смотрю между ними, пока Кайл закатывает глаза.

— А я должен?

— Да ладно, я тебя уже несколько месяцев прошу!

— Ладно, — его глаза встречаются с моими, когда он выдыхает. — Это смешно.

У меня закладывает уши, и я чувствую, как к ним поднимается жар.

— Что происходит?

— Брэн, мне нужно задать тебе очень серьезный вопрос.

Я выпрямляюсь, весь юмор исчезает.

— Что угодно.

— Что тебе нравится в моем придурке-сыне?

— Не нужно было говорить про «придурка»! — Николай дразняще подталкивает отца.

— Мне также не нужно было задавать этот глупый вопрос, когда вы уже вместе.

— Это сделал его отец. Я хотел, чтобы ты тоже спросил его об этом.

Мой смешок прерывает их шутки, и я прочищаю горло.

— Мне нравится, что он излучает уверенность, иногда даже слишком.