По словам ваших рабочих, ночью все было тихо и спокойно. Никто не кричал, не шумел, не дрался…

Чернов в который уже раз быстро взглянул на Белова. Слава Богу, драки не было. Значит, не было и убийства. Или… не значит?

— Охранники мирно почивали в своем домике, и никто из них даже не проснулся, когда Муркин свалился в котлован.

— Как только вы уедете, всех к чертовой матери уволю, — сообщил Степанов Павел Андреевич своему шикарному настольному прибору.

— Подождите, — попросил капитан Никоненко. — Они нам еще понадобятся.

Степанов поднял глаза от прибора и посмотрел на него.

Глаза у него были замученные, как у издыхающей от усталости ездовой собаки.

— Нет никаких данных, указывающих на то, что произошло убийство, — сказал Никоненко больше из жалости, чем потому, что это нужно было сказать. — Экспертиза установит, был ли он пьян. Если был, значит, это ваши проблемы. Если не был, значит…

— Значит, ваши, — закончил за него Степан. — А работать когда можно начинать?

«Вот что тебя беспокоит, — подумал Игорь Никоненко. — Ну конечно! Как же это я сразу не догадался? Работа стоит. Ты теряешь свою драгоценную прибыль. Для тебя любые жизненные события и катастрофы оцениваются в долларовом эквиваленте. Нет, пожалуй, ты мне не нравишься, Павел Степанов».

— Сейчас тело увезут, мы произведем дополнительный осмотр места происшествия, потом подождем результатов экспертизы, и можно работать.

Он сладко улыбнулся и отпил очень крепкого и очень горячего кофе. Что же это за чашки такие? Специально, что ли, сделанные? Кофе как был огненный, так и остался. Эх, и чего только не придумают проклятые капиталисты, чтобы лишние денежки из покупателей вытянуть! Вот чашку придумали, в которой кофе не остывает…

Он рассматривал чашку с искренним интересом деда Щукаря и держал паузу, ожидая, когда шеф снова заговорит. Вместо шефа заговорил Белов, кавалергард и красавец, как определил про себя его сущность Никоненко.

— А этой вашей… экспертизы долго ждать придется?

— Смотря как эксперты загружены, — отозвался Никоненко и даже головой помотал, показывая, как заняты порой бывают эксперты. — Вы не поверите, но у нас тоже бывает много работы!

Степан усмехнулся.

— Каков вопрос, — сказал он своему заму и поднялся из-за стола, — таков ответ. Верно, Игорь Владимирович?

— Верно, — согласился Никоненко, — расскажите мне еще что-нибудь, пока я не уехал, Павел Андреевич. Что это за голодранцы с флагами?

— Сие не голодранцы, — объяснил Белов непонятно, — сие есть местные жители, протестующие против нашей стройки. А что? Неужели вы не слышали? У нас тут целая баталия развернулась…

— И что в результате баталии? — спросил Никоненко, обращаясь к спине Степанова.