– Это чтобы отомстить за моих родителей… Это ради тебя…

Он притиснул меня к себе так крепко, что я опять задохнулась, но уже по другой причине, а всё возмущение пропало как по волшебству. Похоже, сэр Баран тоже остыл от праведного гнева, потому что заговорил негромко, тихо и прерывисто:

– Считаешь, что твои родители будут рады, если их убийца убьёт ещё и тебя?.. Дурочка… Да они согласятся отпустить тысячу убийц, только чтобы ты была жива… А я? Про меня подумала? Как мне жить, если тебя не уберегу? Только сдохнуть и останется…

Молнии хлестали вокруг, и гром гремел прямо над нашими головами, и ещё нас поливал косой дождь, но мы словно перестали всё это замечать. Уткнувшись Морису лицом в грудь, я обхватила его за пояс, не желая отпускать.

– Ты говорил, что больше не имеешь права просить короля о милости… – сказала я, глотая дождь и слёзы. – И если убьёшь судью…

– Ну, если убью, то прежде мне надо будет его догнать, – произнёс Морис ледяным тоном.

Я рывком высвободилась из его объятий и увидела, что пока мы с сэром рыцарем выясняли отношения, судья пришёл в себя и потихоньку сбежал, не желая связываться королевским сыном, который предпочитал орудовать кривой саблей. И теперь убийца моих родителей и мой несостоявшийся убийца мчался через луг со всех ног.

– Не волнуйся, я его догоню. Теперь не спрячется, – мрачно пообещал Морис.

– Нет… нет… Я тебе не позволю… Ты не оставишь меня!.. – я повисла у него на шее. – Морис, а как мне жить, если тебя не будет рядом?.. Мне только и останется, что умереть!.."

"Одно мгновение – и мы опять забыли о непогоде, об убегающем Диплоке, обо всём забыли. Я обнимала Мориса за шею, он меня – за талию, и мы целовались. Двое безумцев, сумасбродов, буйнопомешанных…

Глаза у меня были закрыты, и я не увидела молнию – ощутила её как вспышку, через опущенные веки. А потом раздался такой удар грома, что, казалось, земля содрогнулась.

Тут было уже не до любви и страсти, и я оторвалась от Мориса, испуганно глядя ему в лицо. Он был бледный, но усмехнулся:

– Как будто совсем рядом ударило…

Мы одновременно посмотрели на луг – в ту сторону, куда убегал судья.

Диплок лежал в траве ничком, так же безвольно раскинув руки, но теперь спиной вверх. Прошла секунда, вторая, полминуты, а судья лежал неподвижно.

– Господи, что с ним? – прошептала я.

– Я посмотрю, – Морис хотел встать, но я вцепилась в него мёртвой хваткой.

Идти куда-то, когда вокруг блистают молнии?!.

– Гроза закончилась, – сказал он, разжимая мои руки.

И правда… Гроза закончилась быстро и неожиданно. Дождь ещё накрапывал, но это были последние капли уходящей непогоды. Ветер погнал тучи на восток, и небо на западе прояснилось. Показалось солнце, разбросав лучи по всей низине, и над тисовой рощей раскинулись две радуги – одна над другой.