Может, Заюшка заболела? Подцепила вирус обжорства? Интересно, безудержное желание жрать может передаваться воздушно-капельным путем? У нас поселилась Марго, вдруг она носитель заразы?

– Господи, – воскликнула Ольга, поднимая крышку, – кашка, гречневая, с мясом! А как пахнет!

Не успела я вымолвить слово, как Зая схватила черпак и шлепнула на тарелку примерно полкило сваренной ядрицы.

– Вкусно, – забормотала Ольга, азартно работая ложкой, – восторг!

Я подошла к ней и, бесцеремонно отняв тарелку, вытряхнула ее содержимое в кастрюлю.

– Ты оставишь Хучика без завтрака!

Зая помолчала секунду, потом простонала:

– Что же это, а? Стоит посмотреть на любую пищу, как в голове вертится эта идиотская фраза: рао-вао-сао-мао, и руки сами собой хватают еду!

Я ахнула.

Рао-вао-сао-мао!

– Это он!

– Кто?

– Да Федор! Хотел раскодировать меня, а зомбировал тебя. Как у него это получается, вот странно. Ведь клиентам, тем, на кого направлено заклинание, оно не помогает, поражает тех, кто сидит рядом. Я привела Марго, та харчит по-прежнему все, что плохо лежит, зато мне достались тошнота и полное неприятие еды.

Потом «академик» решил меня раскодировать, но мне как было тошно от съестного, так ничего и не изменилось, зато ты, похоже, обрела неуемный аппетит. Рао-вао-сао-мао!

Услыхав «волшебные» слова, Зайка запихнула себе в рот две конфеты, потом быстро выплюнула их и тоном, не предвещающим ничего хорошего, протянула:

– Значит, теперь я стану хомякать все, что не приколочено?

Я попятилась к окну.

– Знаешь, если судить по мне, по тому, как меня крючит не только при виде, а даже при упоминании любой еды, то, похоже, тебе не поможет, даже если котлету приклеят к потолку, полезешь и отдерешь!

Зая сначала покраснела, потом посинела, затем стала белой-белой.

Я на всякий случай вжалась в стенку, ох, как мне сейчас достанется!

Но она, резко повернувшись, вылетела в коридор.

– Я убью его! – завопила она, несясь в комнату, где мирно спал ничего не подозревавший Федор. – Убью, зарежу, удавлю, выброшу из окна-а-а-а!

Раздался резкий хлопок двери о косяк, потом глухие удары и визг Федора:

– Мамочка, помогите, спасите!

Я опрометью бросилась в гостевую.

– Что у нас происходит? – крикнул со второго этажа Кеша.

– Спать невозможно, – причитала Ирка, высовываясь из своей комнаты.

– Зая «академика» убивает! – заорала я и распахнула дверь.

Перед моими глазами предстала дивная картина. Рароэнтолог, диетолог, кодировщик и профессор, все в одном флаконе, лежал на ковре, старательно прикрывая голову руками, над ним металась Зайка с фиолетовым от гнева лицом.