Проглотив количество продуктов, которое она обычно поглощает за месяц, Ольга оглядела стол и довольно сердито спросила:

– И где чай? Надеюсь, к нему испекли пирог с вареньем?

– Господи, – перекрестилась Ирка, держа чайник, – с ума сойти! Плюшку с повидлом захотела!

– Чего вы на меня уставились? – обозлилась Ольга.

– Ты… съела… картошку?.. – с выражением безумного удивления на лице спросил Кеша. – …со сметаной!!!

– И что? Нельзя?

– Можно, конечно.

– Тогда в чем дело?

– Ты ешь! – заорала Маня. – Потребляешь калории.

– Один раз можно, – спокойно ответила Зая, – на меня по непонятной причине напал дикий жор, прямо ничего поделать не могу, тянет к еде магнитом.

И она, схватив ломоть хлеба, стала намазывать его маслом. Домашние тоже приступили к еде, а у меня в душе зашевелилось нехорошее подозрение.

Ночью мне не спалось. Разнообразные мысли бродили в голове, потом захотелось пить. Я включила свет и обнаружила, что не принесла бутылку минералки. Пришлось натягивать халат, влезать в тапочки и топать на кухню.

В темном помещении около стола кто-то возился. Я подумала, что это кошка Клеопатра, большая любительница тырить все, что плохо лежит, поэтому, сердито сказав: «Ну сколько можно жрать! И так на бочку похожа! Скоро лопнешь!» – зажгла верхний свет.

Лампа, вспыхнув ярким светом, озарила… Зайку, одетую в розовую пижамку. Правая рука Ольги сжимала чудовищно огромный трехэтажный бутерброд, левая стискивала маринованный огурец.

Я заулыбалась."

"– Вот так рождаются сказки о злых свекровях, не дающих невесткам жить.

– Это я, – пробормотала Зая с набитым ртом, – кушать хочется.

– Ешь на здоровье.

– Как думаешь, не потолстею?

– Что ты, – фальшиво правдиво воскликнула я, – никогда, ну какие калории в бутербродах со свининой? Проскочат, и не заметишь!

– Прямо ужас, – со слезами на глазах заявила Зайка, – ну не могу остановиться! Ведь всегда совершенно спокойно отказывалась от еды, ты же меня знаешь!

– А теперь? – осторожно поинтересовалась я, глядя, как Ольга огромными кусищами со стоном впихивает в себя буженину.

– Теперь, – пробубнила она с набитым ртом, – катастрофа.

Она распахнула холодильник, вытащила сливочный десерт «Нестле», на который раньше даже боялась смотреть, мгновенно опустошила стаканчик, сунула походя в рот три шоколадные конфеты и уставилась на кастрюлю, в которой Катерина варит нашим собакам кашу. Я не верила своим глазам.