Я вывалила большую часть овсянки в миску и, с трудом преодолевая тошноту, сначала перемешала ее с белым порошком, а потом, разложив по блюдечкам, расставила их по периметру кухни. Будем надеяться, что Лариса хорошо знает свое дело, и мыши, попробовав вкусной кашки, моментально убегут от нас навсегда.

Закончив процедуру, я стала тщательно мыть руки. Хоть Лариса и утверждала, что отрава совершенно безопасна для людей и животных, но береженого бог бережет.

Громкое чавканье помешало мне довести до конца процесс дезинфекции конечностей. Я оглянулась и обомлела. Хучик, до сих пор отворачивавшийся от всех деликатесов, поглощал геркулес.

– Плюнь, – заорала я, кидаясь к мопсу, – немедленно уйди!

Хучик, сообразивший, что сейчас хозяйка отнимет у него вкуснятину, широко разинул пасть и мгновенно проглотил содержимое блюдечка. Не успела я сориентироваться, как он опустошил второе, третье… Я кинулась поднимать с пола оставшиеся полными плошки с кашей, их оказалось всего две. Вцепилась в мисочки… и тут до меня дошел восхитительный запах сваренной на молоке овсянки, потрясающий аромат, волшебный, волнующий, невероятный…"

"Не в силах бороться с аппетитом, я зачерпнула прямо рукой скользкий геркулес и принялась самозабвенно облизывать пальцы. Поверьте, никогда в жизни не ела ничего вкуснее!

Хучик жалобно плакал у моих ног, последнее блюдечко мы вылизали с ним вместе и уставились друг на друга.

– Пожалуй, милый, – тихо спросила я, – мы с тобой сожрали всю отраву, приготовленную для несчастных, не сделавших никому плохого мышек. Как думаешь, нам не станет плохо?

Хучик икнул и уставился на меня осоловелым взором. То ли «Стерчерит» и впрямь безопасен для людей и домашних животных, то ли он абсолютно бесполезная вещь, но нам с Хучиком было очень хорошо, просто замечательно. Я схватила мопса и прижала к себе.

– Пошли, милый, вздремнем, на полный желудок отлично спится!

Хуч засопел и закрыл глаза. Я дотащила его до спальни, плюхнула в кровать, устроилась рядом и прошептала:

– Господи, как хорошо поесть! Уж не знаю, предстоит ли нам с тобой всю жизнь питаться харчами со «Стерчеритом». Честно говоря, надеюсь, что аппетит вернулся навсегда.

И как только некоторые женщины всю жизнь сидят на жестокой диете. Ну зачем им это? Неужели только затем, чтобы стать красивыми? На мой взгляд, намного лучше быть умной.

Сон начал потихоньку овладевать мною. Я свернулась калачиком, подтянула к своему животу разомлевшего от обильной еды мопса и внезапно нашла ответ на заданный вопрос. Отчего женщины хотят быть красивыми, а не умными? Ну это просто! Мы очень хорошо знаем, что мужчины, ради которых и приносятся все жертвы, видят лучше, чем соображают."