– Да мы сами виноваты. Вы видели только что гипнотизера? Никакой он не врач, не психолог, просто ловкач, очень хитрый. Кодирует якобы от ожирения всех, ни за какие болезни не берется, лишь избавление от лишнего веса. Снял помещение, повесил табличку: профессор, академик… И к нему пошли клиенты. Никто, подчеркиваю, ни один человек не проверил у «ученого» документы…

Тут Федора Евгеньевича осенило! Вот она, золотая жила, неразработанная, только собирай самородки. И Попов, вдохновленный чужим примером, начал действовать.

Вскоре «доктор наук, диетолог, рароэнтолог и член международной академии космоэнергетики» начал прием больных.

Сначала Федор дико боялся, а ну как кто-нибудь из посетителей потребует диплом, но потом с блеском вышел из положения. Отпечатал на цветном принтере кучу всяких «документов» и перестал трястись. Но старался он зря, никто из приходящих ни разу не попросил взглянуть на бумаги, всем хватало таблички на двери. Самое же интересное открытие его ждало впереди. Народ спокойно расставался с долларами, и, что самое удивительное, кое-кто и впрямь начинал худеть. Помогало не всем. Большинство пациентов второй раз не появлялись, многие из них, закоренелые тучники, испробовав все способы избавиться от сала и пройдя «кодирование», привычно констатировали: опять не помогло. Пару раз разгневанные бабы прибегали с воплем: «За что деньги платили!»

В таких случаях Федор не спорил, мгновенно отдавал гонорар и спокойно пояснял:

– Я сразу предупредил: мой метод помогает лишь в девяноста процентах. Вы, очевидно, попали в оставшиеся десять. Я никого не обманываю, заберите деньги.

Скандал потухал, не успев разгореться. Но таких случаев все же было мало, и «академик» процветал. Он обзавелся фотоальбомчиком, прочитал кое-какую литературу и теперь смело оперировал словами «чакра», «карма», «астральный диагноз» и «гипнотический транс».

Сейчас Федор вполне обеспеченный человек. Он давно переехал из блочной «двушки» в просторные хоромы. Одна беда, год назад скончалась любимая мама, и Попов живет один, очень хочет жениться, да не на ком!

– Погоди, погоди, – пробормотала я, – значит, раскодировать меня ты не можешь?

– Нет, – в отчаянии воскликнул «академик», – вообще не понимаю, каким образом вы так закодировались, уму непостижимо! Впрочем, есть еще один идиот, русский буддист, с ним похожее произошло, теперь лишь кефир пьет! Но он натуральный псих, вы же совсем не похожи на ненормальную.

Я содрогнулась, вспомнив скелет, замотанный в оранжевые тряпки и украшенный цепочкой от унитаза. Ничего себе, перспективка!

– И что же нам делать? – вырвалось у меня.