— Сколько? — спросил он.

— Семьсот.

— Килограмм сделай.

Понеслась! Дед наблюдал со стороны, мама отдала абрикосы мужикобабе, которая так и не представилась, та положила их на чашу весов и сразу же сгребла, потому что там было немного больше, чем полкило.

— Абрикосы! — крикнул я. — Ни у кого нет, у нас есть! Удиви соседей! Порадуй девушку! Заткни рот теще!

Соседка хрипло расхохоталась, хлопнув себя по ляжкам. Взвесила окорочок покупателю, прогнала бабульку, которая просила самый маленький, вон тот, который вмерз, и попутно возмутилась цене.

— Крохоборы, — ворчала бабка, удаляясь. — Там дешевле!

— Так и вали туда, покупай гнилье с опарышами! — Торговка объяснила мне: — Там есть точки, где сбывают просрочку вполцены. Вот и прут, и прут. Рыба с глистами, мясо с опарышами, вонючее. Склизкая колбаса.

Правильно, что я внутри здания не остался, там не наш покупатель. Слышавший наш разговор дед подтвердил:

— Соседка аж из Перово ездила, пока с отравлением не слегла.

Вспомнились очереди из, теперь ясно, студентов и пенсионеров. Вот оно что!

Дед с мамой то отходили от прилавка, то приближались к нему, изображая покупателей, и к часу дня я распродал почти все, осталось по пару килограммов черешен и абрикосов и восемь — орехов. Не шли они сегодня.

Мама сказала:

— Я поеду, уже пора, а то мало ли.

— Знаешь, как добраться? — спросил я.

Она развернула тетрадный листок, где была нарисована и расписана схема перемещения.

— Не знаю, но разберусь. Шевкет Эдемович написал. Удачи, Павлик!

— Это тебе удачи!

Мы разговорились с мужикобабой. Оказалось, ее звали Яна, она «с Ростова» приехала покорять Москву. Покупает окорочки оптом на мытищенских складах, продает здесь. Выгодно! Наценка 100%! Вон, одна коробка осталась."

"Я понял, что она — бесценный источник информации, задал пару вопросов и выяснил, что на тех складах очень многие закупаются, а еще есть оптовики в Балашихе, но в Мытищах лучше и удобнее. Я молчал. Мотал на ус и больше слушал, а Яна охотно делилась историями из жизни, приправляя их крепким русским словцом. Дед играл в телохранителя и топтался неподалеку.

Когда товара осталось мало, спрос резко упал, и мы застряли. Я снизил цену на орехи с полутора тысяч до тысячи трехсот. Не помогло. Потом — еще на сотку. И все равно никакого интереса к ним. Н-да, погорячился с десятью килограммами, пять осталось, а это шесть тысяч! Жаба не давала нести их домой, на них можно целую поляну накрыть!

От нечего делать я спрятался за прилавком, пересчитал деньги: 26000. Если вычесть вложенное в товар, получится 21000, да еще пять в орехах. Неплохо. Если торговать каждый день, получится 630000 в месяц. Шестьсот тридцать долларов. Сумма и по нашим временам немалая.