Хоть бы она не догадалась, что гость забыл надеть штаны! Петя как завороженный наблюдал, как спина и задница чужого дяди ускоряют темп движения, а мамина босая ступня все сильнее упирается в простыню. Потом гость притих, прикрылся простыней, лег на живот. Его рука обхватывала мамину шею, и было заметно, что под простыней он положил свою ногу на мамины. Так делал папа — Петя помнил. Двигаясь глазами от нижнего края супружеского ложа к верхнему, мальчишка увидел мамино лицо. Он пытался встретиться с ней глазами, шептал, звал. Глаза были пусты — она его не замечала.

Откуда мог маленький, несчастный Петька знать, что количество физических, психических и медикаментозных воздействий на его бедную маму просто зашкалило. И с ней случилось то, что доктора называют биполярным аффективным расстройством, бабки на скамеечках — психозом, аспиранты — глубочайшей депрессией. Она слышала сына, понимала, что то, что он видит, опасно для детской психики. Не было никаких препятствий, чтобы встать, одеться, собрать ребенка и уйти прямо сейчас. В другую комнату, в сад, на вокзал, в отделение милиции. Но она уже не могла ничего этого… Сын решил, что мама разлюбила его.

Решение пришло само собой — Петя помчался к себе, надел спортивный костюмчик прямо поверх пижамы, запихал в рюкзак курточку и тапки, обул кроссовки. Подумав, забросил поверх несколько горстей нового «Лего». В боковые карманы распихал яблоки и бананы, которые нашлись в вазочке. Уже с рюкзаком на спине он снова вошел в комнату, где оставалась мама. Дядя Ваня спал — он уже убрал с мамы ногу, но рука оставалась, словно надежный замок. Мама не шевелилась. Глаза ее пусто смотрели в никуда.

Петька дотронулся до ее плеча, легонько потряс — она не отреагировала. Тогда маленький мальчик смело подошел к креслу, на котором валялась смятая одежда, открыл лежащее на виду портмоне и вынул все имеющиеся деньги. Их было не очень много — Петька разбирался в купюрах. Карточки брать не стал — мама научила его, что без специального кода деньги с них снять невозможно. Он собрался к тете Гале в Москву. План был. И дома и в саду учили: потерялся — ищи милиционера, называй имя, фамилию, адрес. И жди — за тобой придет кто-то из знакомых взрослых.

* * *Никаких особенных запоров на межкомнатных дверях не было — достаточно повернуть «лапку» и надавить на ручку. На уличных калитках стояли устройства, похожие на те, что в их московском подъезде: нажимаешь на светящуюся красную точку — и путь свободен. Бунгало было неплохо защищено от несанкционированного входа, но отнюдь не от выхода наружу. И, как назло, господин Волошко велел управляющему отключить видеонаблюдение на все время своего пребывания. Понять его было можно — женатый человек.