– Ничего, они не такие липкие, как внутренности морских огурцов, так что приятного аппетита!

– Откуда ты знаешь, какие на ощупь внутренности морских огурцов? Ты что, их ешь? – Морские огурцы напоминают облепленные песком резиновые шланги и только и делают, что валяются на дне моря.

– Нет-нет, они невкусные. Они выбрасывают кишки, когда подвергаются нападению. Потом органы восстанавливаются.

Ничего себе защитная тактика!

– Слушай, а как твои родители относятся к тому, что мы теперь вместе? – спросил я Шари. – Всё-таки я тигровая акула…

– Они немного повозмущались, но я им сказала, что это моё решение, – ответила подруга-дельфин.

– Круто, – с облегчением сказал я.

Мы ели и болтали о море, о наших учителях и обо всём, что произошло, а потом Шари вдруг с любопытством посмотрела на меня. Ох… Этот её взгляд «я-изучаю-людей» – что-то сейчас будет?

– Скажи-ка, Тьяго… – начала она.

– Да? – О боже, на меня, как назло, напала икота!

Шари засмеялась:

– Когда ты икаешь, то немного напоминаешь морского льва, который пытается прогнать соперника со своей территории.

– Надо же. – Она наверняка знает это от Криса: других морских львов здесь не водится. Гр-р. Но как ни странно, мне помогло, что икота её забавляет. Благодаря этому я перестал стесняться и посмеялся вместе с ней. Через пять минут после стакана лимонада икота прошла. – Так что ты хотела спросить? – напомнил я, и Шари начала:

– Я знаю, как ведут себя в море дельфины, которые друг другу нравятся. А что делают люди? Что мне теперь – посвящать тебе плохие стихи, как Барри Кармен?

От смеха я заплевал лимонадом подушки. Значит, нам придётся здесь убраться, чтобы те, кто явится сюда после нас, не прилипли. Потом я спросил:

– А как ведут себя дельфины? В них я не очень разбираюсь.

– Когда два дельфина дружат или влюблены друг в друга, они часто всплывают вместе подышать, – объяснила Шари. – Чувствуешь такое единение, когда дышишь с кем-то одновременно!

– Гм, можно попытаться. – Некоторое время я прислушивался к вдохам Шари, пытаясь попасть в такт. Не прошло и минуты, как я сдался. Слишком утомительно!

– Ладно, так себе идея… В человеческом обличье пыхтишь всё время. Так странно! – Шари поразмыслила. – Кроме того, дельфины-спутники часто плавают бок о бок, касаясь друг друга плавниками.

Мы больше ничего не говорили. Моя рука двинулась к её руке, а её, семеня словно краб, поползла к моей. Наши пальцы переплелись, и нас пронизало теплом.

– Классно, – сказал я, глядя в весёлые орехово-карие глаза Шари.

– Ага, – улыбнулась мне она.

– Представь, что я никогда не попал бы в «Голубой риф» или миссис Леннокс удалось бы выжить меня из школы – правда ужасная мысль? – Прямо мурашки по коже.

– Ей это не удастся, – сказала Шари.