Финни сглотнула, с трудом сдерживая слёзы. Она взглядом попросила нас побыть рядом и поддержать её.

– Мы все не люди, – спокойно проговорил Джек Кристалл. – Вы, наверное, потрясены, но Финни всё равно ваша дочь. Она человек с некоторыми особенностями, о которых вы раньше не знали, мистер Грейсон.

– Да ещё с какими! – прорычал Грейсон и посмотрел на меня. – Ты акула, мальчик, да?

– Э… да, – кивнул я. – Тигровая акула, если быть точным.

– Несомненно – с такими-то зубами! Я чуть в обморок не грохнулся. Коллеги бы потом неделями надо мной потешались.

– Простите, сэр."

"Ник Грейсон тяжело вздохнул, подошёл к Финни и осмотрел её с головы до ног:

– А ты, значит, скат, дочка. Теперь понятно, почему раньше, когда я собирался на рыбалку, ты начинала плакать. Из-за тебя я перешёл на бильярд.

– Ты молодец, пап, – искренне ответила Финни. – Играть в бильярд намного лучше, чем вытаскивать из воды беспомощных рыбок. Я тебя, правда, опережаю на пять очков, но ты ещё отыграешься!

Отец Финни улыбнулся, и я понял, что худшее позади. Однако улыбка испарилась с его лица быстрее лужи под жарким флоридским солнцем.

– А как насчёт твоей мамы – морского биолога? Моей Джейн?

– Китовая акула, – сказала Финни.

– Китовая акула! Серьёзно? Это, случаем, не те, которые вырастают до тринадцати метров?

– Да, они самые. Но мама длиной всего девять метров – самки поменьше.

– Вот как. И когда вы собирались мне обо всём этом рассказать?

Финни всегда отличалась честностью:

– Вообще-то никогда.

Отец Финни стоически воспринял это известие: наверное, понимал, что всё равно бы не поверил.

Я не удивился, когда Ник Грейсон обратился к нашему директору:

– Я заберу дочь домой – нам нужно всё обсудить. Надеюсь на ваше понимание.

– Конечно. Хорошо вам добраться. – Джек Кристалл протянул ему руку. Мы все затаили дыхание, но отец Финни, чуть помедлив, пожал её:

– Можно спросить, кто…

– Белоголовый орлан, – ответил мистер Кристалл.

– Косатка, – представилась мисс Уайт.

– Она самая крутая косатка в мире, пап, – сказала Финни, и мисс Уайт криво усмехнулась.

Потом мы отправились в путь. По дороге мы высадили мисс Уайт рядом с её чёрным «БМВ», который она оставляла у знакомого в Майами, и на двух машинах поехали обратно в школу.

Радость за Вейва и Финни текла у меня по венам жидким золотом. Но всякий раз при мысли о Шари я начинал страшно тосковать. Застану ли я её в школе, когда вернусь, или она уже уплыла с Ноем и Блю в открытое море, где они часто ночевали?

Будь у меня возможность загадать одно-единственное желание, я пожелал бы, чтобы Шари была здесь, ждала меня и смотрела на меня как Финни на Вейва.

Я так вымотался, что уснул, едва мы тронулись. Полностью отключился.

Проснулся я оттого, что кто-то тронул меня за плечо. Шари.