Девочка-дельфин с улыбкой смотрела мне в лицо:

– Хорошо, что вы вернулись! Мисс Уайт просила тебя разбудить, чтобы ты не проспал всю ночь в машине.

– Ты не уплыла в море? – спросил я, моргая при свете луны.

– Нет, хотела тебя дождаться, – сказала Шари. – Я тебя очень ждала, знаешь?

Наверное, это сон. Однозначно. Я всё ещё сплю.

– Что случилось? – испугалась Шари. У меня из глаз вдруг покатились слёзы. Сам не знаю почему. Как же неловко – тем более что я, кажется, всё-таки бодрствую! Я поспешно вытер дурацкие слёзы тыльной стороной ладони. – Это из-за Вейва, да? – Шари вытащила меня из автомобиля и буквально заставила меня её обнять. – Великая волна, да ты совсем расклеился. Пойдём провожу тебя в хижину. – Она закинула мою руку себе на плечо и потащила меня к пляжу.

Я пяткой захлопнул за собой дверь машины. Запирать её ни к чему. Того, кто попытается здесь что-нибудь украсть, покусает аллигатор. Об этом предупреждала табличка на ограде.

– А ты знала, что Финни влюбилась в Вейва? – спросил я.

– Да, я заметила, – кивнула Шари. – Я за неё рада: Вейв очень океанистый оборотень. – Я, конечно, тоже радовался за Финни, но этого сейчас слышать не хотел. Шари улыбнулась ещё шире: наверное, у меня всё было написано на лице. – Но не такой океанистый, как ты, понял?

И тут я решился. Высвободившись из её объятий, я стал перед ней и спросил:

– Я тебе нравлюсь?

– Ещё как нравишься, кусачий морской зверь. Могу даже сказать – я тебя люблю. Хотя о твою шершавую спину можно кожу ободрать.

Я не ослышался?! Она сказала, что меня любит? Да-да, правда! Шари дотащила меня до хижины, поцеловала – увы, всего лишь в лоб, – и я с блаженной улыбкой рухнул на кровать.

– Что такое? – спросил Джаспер, разгадывающий на нижней койке кроссворд, который уже трижды заполнял и снова стирал.

– Любовь прекрасна, – сказал я.

И пошёл чистить зубы.

Сногсшибательное известие

Следующий день – четверг – прошёл просто замечательно. По крайней мере для меня, Шари и всего нашего класса. День открытых дверей отменили, чтобы мы могли сосредоточиться на уроках. Мы с Шари сидели рядом – так близко, что наши руки соприкасались. Мы смеялись над самыми дурацкими шутками, постоянно переглядывались и кормили друг друга в столовой кусочками рыбы. Остальные многозначительно улыбались.

– Воркуете как голубки, – заметил Нокс, плавающий между столами-лодками. – Когда поцелуетесь?

– Молчать, не то сачок принесу, – пригрозил я, но потом не выдержал и рассмеялся.

– Только не это – у меня от страха плавники дрожат! – Нокс тут же это продемонстрировал, а потом, когда я пошлёпал к буфету, подплыл и ущипнул меня клювом за палец.

– Ай! Хочешь пойти на корм акулам?!"

"Нокс лишь посмеялся. Как и большинство учеников «Голубого рифа», он меня больше не боялся.