Переместила взгляд на Морковку, и Тимур на всякий случай немного выступил вперед, прикрывая девчонку плечом. Знать, что они под его защитой и он точно может обеспечить им безопасность, было до чертиков приятно. Хоть в голове все время вертелась мысль о том, что бы с ними было, не окажись он тогда по делам в совершенно незнакомом квартале.

— Надеюсь, на этот вопрос отцовства исчерпан, — прошипела крашенная черная кобра.

— Мне ничего от вас не нужно, — твердо, хоть и тихо ответила Ася.

Голос не дрогнул, но Тимур почти физически ощущал ее тревогу и чувствовал, как она крепче, с остервенением встревоженной матери, прижимает к себе Тима.

Если бы кто-то из этой парочки хоть пальцем к нему прикоснулся — Морковка точно бы их разорвала, даже ценой своей жизни. И этот стержень приятно радовал.

— Конечно, теперь тебе ничего не нужно. В следующий раз, аферисты, если решите облапошить на деньги порядочного человека, найдите кого-то более бестолкового, чем Игорь.

— Мама, прекрати, — вдруг заговори тот. Правда, прозвучало это скорее как скулеж.

Женщина зыркнула на него недобрым взглядом, потом еще раз ткнула в Асю ненавистью — и, обойдя их с Тимуром по широкой дуге, направилась к выходу.

Игорь поплелся за ней, но на прощанье оглянулся — и что-то в его взгляде подсказывало, что точку он ставить не собирается.

Тимур чертыхнулся сквозь зубы. Вот акт и отпускай Морковку с ребенком куда-то одних, тут глаз да глаз нужен.

— Спасибо, что вступился… за нас, — сказала Ася негромким дрожащим голосом.

Все время короткой перепалки она мужественно держалась, а сейчас, когда опасность миновала, едва держалась на ногах.

— Не за что благодарить, Морковка. Ты прости, что я его не покалечил, хотя стоило еще в первый раз.

— Я бы не хотела, чтобы из-за меня у тебя были проблемы с законом. Игорь очень злопамятный.

Проблемы с законом? Тимур постарался спрятать снисходительную улыбку.

Бедняжка и не знает, что обычно вот такие мудаки очкуют обращаться с заявлением, потому что точно знают, что в процессе всплывут нелицеприятные подробности о них самих.

— Мы можем уехать? — попросила она.

— Прямо сейчас?

— Да, пожалуйста. — Она почти молила.

— Без проблем, маленькая.

Давить на нее сейчас не хотелось совсем. Хотелось догнать счастливое семейство мамаши и подкаблучника, и еще раз втолковать им, что они конкретно испортили сегодняшний день.

Всю дорогу до дома Ася молча смотрела в окно, и то и дело подносила большой палец ко рту, как будто пыталась воскресить старую привычку грызть ноготь.

Тимур многое бы отдал, лишь бы забраться к ней в голову, подслушать мысли, но был уверен, что сейчас она вряд ли готова откровенничать. Вероятно, так и будет отмалчиваться до вечера.

И он не ошибся. Дома Ася почти сразу спряталась в комнате.