— Мы из КГБ! Не дергайся, мудак, башку развалю!

Да, именно это ему кричали, неоднократно называя пугающую аббревиатуру, а теперь, вдобавок к страшному названию, в висок уперлось что-то твердое, холодное, пахнущее смертью. Но задыхающийся человек инстинктивно старается глотнуть воздух любой ценой, при этом другие опасности отходят на задний план.

Сергей резко согнулся, выпятив зад, как это делают девки в «Пентхаузе».

Одновременно схватил руку с пахнущим смертью предметом и бросил его обладателя через себя. Пистолет непонятно как очутился в его ладони.

— Все, валим!!

Раздались короткие щелчки, и несколько стволов бездонными черными зрачками глянули ему в лицо, заглянув в самую душу, в то глубоко потаенное место, где даже у самого смелого человека живет страх. Он отчетливо понял, что переступил некую черту и сейчас его по-настоящему убьют.

— На пол, сука, КГБ, стреляю!! — окрик был страшен и убедителен."

"Курлов выпустил оружие и вслед за звякнувшим «пээмом» повалился лицом вниз на истоптанный бетон площадки. Сейчас он отчетливо понял, что действительно влип в очень скверную историю.

— Год и место рождения?

— Семьдесят первый, Тиходонск.

— Образование?

— Десять классов.

— Какую школу окончил, в каком году?

— Двадцать седьмую, в восемьдесят восьмом.

Сергей не знал, где находится. Везли его в машине с зашторенными стеклами, высадили в безликом внутреннем дворе, провели через подъезд черного хода, сквозь пустынный казенный вестибюль и, наконец, посадили в маленькой комнате с матовым окном, напротив молодого крепкого мужчины, заполняющего какую-то невиданную ранее анкету. Болело разбитое лицо, ныли ребра слева… Да и справа тоже.

Казалось, на всем теле не осталось ни одного неповрежденного участка.

— Адрес прописки и фактический?

— Магистральный, восемьдесят четыре, квартира тридцать два.

— Чем занимаешься?

— Учусь…

— Где ты учишься? Отвечай как положено!

Допрашивающий старался скрывать раздражение, но иногда срывался. Одетый в дешевый костюм конторского клерка, он как брат-близнец походил на человека, в которого Сергей угодил камнем. Правда, у того пиджак был сильно забрызган кровью, а обмотанная бинтами голова напоминала подушку. Придя в себя, он попытался взять реванш и, когда Курлова запихивали в машину, заехал несколько раз ему в живот, но пресс не пробил, а потом свои же и оттащили. Но вряд ли этим кончится, еще отыграется… А может, по-другому сделают: накрутят пару статей и посадят…

Сергей тяжело вздохнул, чувствуя, как отдалось в груди и пояснице.

— Университет, журфак, второй курс.

— Журналист, е-мое. Тебя, коня, в угольную тачку впрягать надо! В армии служил?

— Нет. Отсрочка по учебе. И потом — у нас военная кафедра…

— Ясно.