С полной ответственностью заявляю – эти люди способны на все, мы в этом убеждались неоднократно. А ваши служебные тайны нас не интересуют."

"– Ну конечно, – сказал Вагин. – Поэтому вы явились ко мне с этой сказкой. А знаете, что я вам скажу, господа? Я усматриваю за всем этим политический заказ. Вы явно намерены извлечь отсюда некие дивиденды. Разумеется! Я ведь тоже вышел из этой структуры и отлично знаю, что милиция чувствует себя в таких скользких ситуациях как рыба в воде. Милиция вписалась в бизнес лучше многих других. Сила, дисциплина, спайка. Да и возможности просто огромные.

При случае любого можно закатать лучше, чем асфальтовым катком, не так ли?

– Ты несешь полную ахинею, – произнес Гуров, от негодования переходя на «ты». – Тебе никто не давал права…

– В таком случае, – раздраженно перебил его Вагин, – хочу еще раз напомнить, что вам тоже никто не давал права давить на меня и неофициальным порядком вытягивать из меня служебные секреты. Действуйте как полагается!

– Вот чудило! – сказал Крячко. – До тебя никак не дойдет, что нам плевать на твои производственные секреты! Быков, который имел дело с твоей клиенткой, был убит, ясно тебе? Теперь возьмутся за тебя.

Возможно, не поздоровится и клиентке. Ты этого хочешь?

В кабинете воцарилась тягостная пауза, во время которой собеседники молча изучали друг друга. В какой-то момент Гурову показалось, что им удалось убедить Вагина и тот сейчас начнет делиться с ними информацией. Но Вагин неожиданно выпрямился, стараясь казаться выше, и твердо заявил:

– Мое последнее слово – приходите ко мне в офис с официальным запросом. Он будет подшит, зарегистрирован, зафиксирован, как угодно! А в иные игры я не играю! Прошу извинить меня, но, так или иначе, вам лучше покинуть этот дом!

– Во как! – покрутил головой Гуров.

 – А говорил, кино не любит. А тут чистое кино! Покиньте этот дом! Великолепно! Ну что, Стас, пойдем? Видно, разучились мы с тобой убеждать…

Он хотел еще что-то сказать, но в этот момент у него в кармане зазвонил мобильник. Гуров быстро вытащил трубку и услышал взволнованный шепот Кувшинникова:

– Они идут! Трое! Один остался в машине. Настроены очень решительно.

Вскрыли нижнюю дверь на раз – я свидетель! Это они! Очень торопятся!

– Подстрахуй нас, Кувшинников! – бросил Гуров, устремляясь к двери. – Сейчас я тебе открою…

Вагин метнулся ему наперерез. Лицо его было искажено гневом.

– Кто вам позволил?.. – выкрикнул он. – Не сметь! Еще спектакля мне тут не хватало! Вон из моего дома! Законники, мать вашу!

В коридоре прозвучал сигнал домофона. Вагин попытался перехватить Гурова. Гуров провел подсечку и швырнул Вагина на пол. С грохотом повалились стулья.