Крови было так много, будто он вспорол себе вены… впрочем, вероятно, осколок как раз задел их.

— Он скоро умрет, — произнесла я тихо. — Наложите ему скорее… — я запнулась, не зная слова «жгут». — Сделайте повязку выше раны!

— Зачем? — удивился кок… Удер, матрос называл его Удером. — Главное вправить кость, я наложу лубок, он очнется…

— Он прежде умрет от кровопотери, вы не видите разве? — удивилась я.

— Он сильный парень, он выживет. Держись, Стрив! — он похлопал парня грязной рукой по плечу, и меня передернуло. В словах мужчины была вера в чудо, а не профессионализм настоящего знатока.

— Что же вы делаете! Здесь нет другого лекаря?! — я обвела взглядом собравшихся вокруг матросов и поняла, что ответ — нет. Оглянулась на капитана Гарта.

— Хоруф кое в чем разбирается… — пробормотал тот, отводя глаза.

Что парень — не жилец понимали, кажется, здесь все и без моего участия.

— Твою ж мать! — выругалась я по-русски, а потом рухнула со своего насеста прямо в кровавую лужу, — Хоруфа сюда. И ты… Удер, быстро беги и вымой руки. Обоим вымыть руки с мылом, — я глянула на него, — грязный фартук снять.

Есть чистые фартуки? — он растерянно кивнул. — Оденьте оба.

— Вы не можете просто исцелить его? — спросил нерешительно кто-то. — Вы же колдунья!

— Я не лекарь, — рыкнула я и схватила парня за плечо, — но я попытаюсь не дать ему умереть.

Кровь — это ведь вода, верно? Значит я могу ее остановить. Просто соленая вода — в океане мне это не мешало. Ну, еще куча других ингредиентов… но все же можно попытаться…

Ага, не мешало. Соленая вода, когда я выпаривала соль, тоже мне не поддавалась, когда стала слишком густой.

А кровь… жидкость, да, только управлять я могу только чистой влагой. Да, только водой, но все же…

Поток крови, вытекающий из раны, начал медленно поддаваться моим усилиям, вот уже только немного сочится влага, и, наконец, кровопотеря остановлена. Держу.

Открыла глаза. Стоят передо мной двое. В белых чистых более-менее фартуках, здоровенные детины, с мокрых рук капает вода — значит вымыли. Только вот что мне с ними делать, я же ничего не умею!

Помню только, слишком долго кровь сдерживать нельзя, просто ткань отомрет без кровоснабжения.

Глава 46

Я сглотнула, взглянув на своих потенциальных «медсестер», оглядела других матросов, молчаливо столпившихся вокруг, и велела:

— Всем разойтись по делам, не толкитесь здесь, нечего бациллы разбрасывать, — русские слова перемежала с имперскими, но тут было и не важно, понимают меня дословно или нет. — Что нам нужно… чистая ткань на перевязку есть? И доски для накладывания лубка.