– А вы? Промолчали? Позволили совершиться несправедливости? Ведь до сих пор было по-честному, рисковали все по очереди.

– Да, – сокрушенно ответил Янковский. – Потому что речь шла о моем сыне. Я подумал, что Сайтани своим дьявольским нюхом что-то учуял. И когда объездчик обратился ко мне за защитой, повторил приказ начальника охраны.

– Что получилось?

– Он опять оказался прав… Мы уже почти проехали полосу густого леса, где было опаснее всего. Я даже выбрался на опушку, впереди оставалось голое поле, а дальше дом. И тут тигр напал.

– На последнего?

– Да, на Лукина и его лошадь.

Он вспрыгнул кобыле на круп и одним ударом лапы сломал всаднику шею.

– А потом?

– Потом спрыгнул и был таков.

– Вы его не преследовали?

– Бесполезно, – покачал головой поляк. – Уже вечерело, лес, чаща… Дай бог самим добраться до дома.

– И что потом вы сделали с тем тигром?

– А он ушел. Погубил человека и ушел, больше мы его не видели.

– Странная история…

– Все истории о Сайтани такие. И получается, что он спас жизнь моего сына. Еще и поэтому я лишь делал вид, что гонялся за ним по уссурийской тайге. Да, негодяй уничтожил мою лучшую плантацию женьшеня.

Украл корней на семьдесят тысяч. Но корни можно вырастить снова, а сына не вернешь. Потому я не в претензии. Считаю, что легко отделался.

– Зато впустили в страну и помогли легализоваться такому зверю.

– Мало ли их в России? – отмахнулся Янковский. – Одним больше, одним меньше. Этот, конечно, особенный. Вот с кем не хотелось бы встречаться. Вообще, Алексей Николаевич, вы сильно влипли. Если ваш противник – Сайтани, дело плохо. Выгоните его как-нибудь из города и молитесь, чтоб не возвращался. Пусть идет куда угодно, лишь бы прочь от вас.

– Не могу. Он украл икону Казанской Божьей Матери, а мне приказали найти ее.

– Пусть тот, кто приказал, сам и ловит это дьяволово отродье.

Лыков встал, сделал вдох-выдох, размял плечи.

– Да, подсуропили вы империи, Михаил Иваныч. Я много всяких нелюдей видел, но с дьяволом еще ни разу не боролся. Дайте приметы Сайтани.

Ответ поляка разочаровал сыщика. Янковский слово в слово повторил описание, которое дал атаману Иона Оберюхтин. Высокий, глаза серые, борода русая с проседью. Добавил только, что на теле у меломбуки множество шрамов от когтей хищников.

«Поймаем – разденем и проверим, – подумал Лыков, – это поможет в опознании. Вот только как поймать?»

Глава 16

Охота на охотника"

"Алексей Николаевич вернулся в Казань с ощущением, что зря проехал пять тысяч верст. Рассказ Янковского не добавил ничего, что помогло бы отыскать главного злодея. А эти старческие шиканья, глупые страшилки? Вязальщиков – меломбуки, он четыре раза держал льва за кончик хвоста. Да неужели? Он сам так сказал? А свидетели подвигов остались в Африке.