Больше никаких, — так же скупо сообщает Наталья.

Значит, приказа ублажать не было… Хм… Пока, конечно, не было, но…

Все, хватит, — я решаю дать таки себе передышку.

Забываю обо всем, что случилось, стараюсь не смотреть ни на Наталью, ни на охранника. Набираю себе все, что всегда здесь любила и просто наслаждаюсь, рассматривая через окошко людей в парке. Даже, кажется, дышать совсем по-другому начинаю. И… Сама не замечаю, как, смакуя ягодное мороженное и жмурясь на солнце, начинаю улыбаться. А ведь думала, — нет, просто была уверена, что никогда больше не смогу!

Но сейчас мне все же кажется, что жизнь — продолжается! И, — кто знает, как она еще сумеет развернуться? Может, с ней будет еще не один добрый момент?

И на меня, — слава Богу, — никто не давит. Ни в чем, если уж разобраться.

Глава 51

Чувство напряжения постепенно проходит, — и я просто расслабляюсь.

Жизнь вернулась!

До тех пор… Пока…

Сердце болезненно сжимается, замирая, пропуская удары.

Там, в парке, среди прогуливающихся парочек я замечаю Кирилла!

Даже головой приходится встряхнуть и глаза прищурить, — нет, не наваждение, — действительно, на самом деле, — он!

Только вот… Его рука обвивает талию какой-то блондинки, которая льнет к его груди так, что им даже тяжело идти, — будто приклеели! А он… Он улыбается и что-то шепчет ей на ухо! Спуская руку все ниже по бедру!

Внутри все обмирает.

А я… Боже, я ведь оборачивалась на каждом шагу, с самого выхода из дома Морока! И ведь не только людей Маниза я боялась! Нет! Уверена была, — и Кир, и Игорь наверняка давно уже узнали, где я и у кого! Не сомневалась, что они где-нибудь рядом с домом! Боялась, — вдруг их заметят, вдруг кто-то из них дернется ко мне, не увидит, что с нами охранник! Тогда даже не знаю, как бы поступил «хозяин»!. Хотя, — чего таить, — что-то мне подсказывает, что с ними, в отличие от меня, он церемониться бы не стал!

Грудь сдавливает с такой силой, что кажется, будто меня душит огромная, сильная рука. Даже за горло хватаюсь, — а парочка входит в кафе, усаживается за наш любимый столик."

"Мы с Натальей сидим в нише, нас не так просто рассмотреть, но Кир и не смог бы, — его глаза погружены в декольте блондинки, которое она опускает все ниже, выпячиваясь вся, уже чуть соски не выпрыгивают наружу. Его руки ныряют под стол, — и блондинка закатывает глаза от удовольствия. А Кир… Он прикусывает мочку ее уха и тянет к себе…

Замираю…

И сердце даже не бьется.

Я будто превратилась в ледяную скульптуру, — у которой нет ни сердца, ни дыхания, ни крови. И которую, с его каждым жестом, будто бьют молотком, каждым ударом со звоном отбивая по куску…

— Мне нужно… В туалет… — будто издалека слышу свой сиплый, сдавленный голос, — как и не мой…

— Не надо, — останавливаю тут же поднявшуюся Наталью.