— Я не хотела вас подслушивать, честно, — прошелестела, не понимая, отчего Дэйгон смотрит на меня в упор и почти не моргает, словно о чём-то задумался. — Я лишь хотела прогуляться по саду, а то спина затекла и плечи ломит.

— Плечи ломит, говоришь? — взгляд дракона смягчился, а морщинка между бровей разгладилась. — Иди ко мне, я помогу

Глава 44

Не дожидаясь моего ответа, Дэйгон зашёл мне за спину и уверенно накрыл ладонями плечи, слегка вдавливая подушечки пальцев в мягкую ткань платья.

— Господин Россэр, а если нас увидят? — мой голос прозвучал жалким лепетом, а тело напряглось, чувствуя, как он принялся медленно разминать закаменевшие мышцы.

— Кто? — его губы находились в опасной близости от моего лица, едва касаясь тонкой, чувствительной кожи за ухом, но не переступая ту самую запретную грань. — Айла пакует вещи, работники в доме, а садовник уехал в столицу за саженцами и приедет только к вечеру.

Не зная, что ответить, я промолчала, понимая, что не в силу противиться единственному дракону в королевстве. Прикосновения были лёгкими, почти невесомыми, будто он старательно рассчитывал силы и боялся сделать мне больно.

Но постепенно нажим становился всё более ощутимым. Моё тело невольно поддавалось, расслаблялось под его искусными руками.

— Это… это неправильно!

Я упрямо мотала головой, силясь скинуть мучительное наваждение, но тело жило собственной жизнью, растворяясь в блаженстве. Боль и усталость незаметно ушли на дальний план, а им на смену пришла сладостная истома. Казалось, будто тёплые волны наслаждения разливались от его пальцев по моей коже.

— Чем же? Разве мы делаем что-то запретное? — Дэйгон едва слышно засмеялся, и от жаркого дыхания внизу живота сладко заныло.

Он продолжал свой волшебный массаж, спускаясь ниже, к лопаткам. Каждое движение было выверенным, точным, заставляя меня трепетать и дрожать от удовольствия и в то же время сгорать от жгучего, мучительного стыда.

Разум отказывался подчиняться, мысли путались. Я полностью отдалась ощущениям, растаяла под чарами его прикосновений. Мне хотелось под землю провалиться, но ни за что не признаваться, что я бы всё отдала, чтобы эти волшебные мгновения длились вечно.

Он был так нежен, так осторожен, будто прикасался не к моему телу, а к тончайшему шёлку.

Я чувствовала заботу и трепет в каждом движении его сильных пальцев. И понимала, что не могу, да и не хочу противостоять его напору.

Осознание этой мысли обрушилось на меня ушатом ледяной воды морозным зимним утром.

— Хватит! — собрав все силы, я дёрнулась вперёд, с лёгкостью выскальзывая из-под его ладоней. — Не делайте так больше! Никогда!

Взгляд Дэйгона потемнел в одно мгновение. Черты лица заострились, плечи напряглись, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки.