— Как вам не стыдно? — мой голос дрожал, но я не отступала и продолжала, глядя в его пылающие глаза. — У вас есть невеста! А вы такое делаете! Вы бессовестный, блудливый совратитель!

Дэйгон промолчал, тяжело дыша, будто сдерживая рвущуюся наружу ярость. Воздух между нами звенел и потрескивал от напряжения. На чётко очерченных драконьих скулах заходили желваки.

Ещё мгновение — и он обратится в смертоносную махину!

Невольно я отступила, закрыв лицо руками. И что мне теперь делать?

Идти собирать чемоданы следом за Айлой?

А вдруг он в поисках новой жертвы для соблазнения перекинется на Катрин? От этой мысли сердце кольнула острая игла ревности.

Да что со мной?

Нет, так больше нельзя.

— Прошу меня извинить, господин Россэр, — я опустила глаза, избегая встречаться взглядом с разгневанным драконом. — Я не имела права дерзить. Разрешите идти?

— Куда? — хрипло отозвался он, не делая попыток меня остановить.

— Собирать вещи. А то вы накричали на Айлу и выгнали бедняжку за то, что в вас влюбилась, а я…

Голос сорвался, и я рвано втянула ртом воздух.

— А ты?

Опасливо подняв голову, я увидела, что выражение его лица смягчилось.

Глаза потеплели, а уголки губ тронула лёгкая улыбка.

— А я лишь простой организатор вашей свадьбы, и после торжества наши пути разойдутся окончательно.

Дэйгон процедил что-то неразборчивое и сделал шаг ко мне, но при этом не пытаясь нарушить моё личное пространство. Когда он вновь заговорил, его низкий, бархатный голос звучал мягко и успокаивающе:"

"— Исабель, давай проясним раз и навсегда. Что бы ты ни надумала в своей светлой, красивой головушке, я никогда не предам мою будущую жену. Она — та, кто будет рядом в самый тёмный момент моей жизни.

Она — тот свет, что исцелит мою душу, она — моё спасение. Я буду верен лишь ей одной.

Каждое слово господина Россэра было наполнено совершенной искренностью, а взгляд горел безмерной любовью. Сердце предательски дрогнуло, и я, расчувствовавшись, смахнула мизинцем слёзы с внешних уголков глаз.

Сейчас я ощущала себя глупой девочкой, второй Айлой, которая восприняла заботу совсем иначе, и влипла в некрасивую ситуацию.

Однако кое-что из пламенного монолога Дэйгона врезалось в мою память, и я, не удержавшись, задала вопрос:

— Господин Россэр, вы сказали, что она — ваше спасение.

Что это значит?

Глава 45

Дракон не торопился с ответом. Слегка нахмурился, будто задумался о чём-то важном, глядя на проплывающие вдалеке облака.

“Наверное, я затронула нечто очень личное,” — решила я, не зная, куда деться от возникшей неловкости между нами.

— Зря спросила? — уточнила, лишь бы прервать томительную паузу. — С вашего позволения, вернусь к работе.

Но стоило повернуться к нему спиной, как до моих ушей донёсся непривычно глухой голос господина Россэра.