Впервые после шторма небо очистилось, и любовники отправились на прогулку по пляжу, совсем как в первый вечер. Как сильно все изменилось! Океанские волны размыли пляж, образовав небольшие лагуны, ветер вырвал с корнем почти все деревья. В миле от гостиницы Пол и Адриана увидели дом, когда-то стоявший на сваях, а теперь наполовину погруженный в песок. Стены выгнулись, окна вылетели, часть крыши унесло. На обломках крыльца одиноко торчала посудомоечная машина. Перед домом собрались какие-то люди, которые возбужденно что-то обсуждали и делали фотографии развалин, скорее всего для страховой компании.

Когда пришло время возвращаться, начался прилив. Пол и Адриана медленно брели по пляжу и увидели полосатую ракушку, наполовину зарытую в песок. Рядом валялись обломки других раковин, а эта каким-то чудом не пострадала. Адриана поднесла ее к уху, а Пол засмеялся, когда она заявила, что слышит шум океана. В тот момент Адриана и не предполагала, что будет хранить эту ракушку всю жизнь.

Любимый сжимал ее в объятиях, и она мечтала, чтобы этот миг длился вечно.

В понедельник утром Пол проснулся раньше Адрианы и, хотя утверждал, что не умеет готовить, разбудил ее ароматом свежего кофе, принеся завтрак в постель. Он смотрел, как она ест, и смеялся, когда Адриана безуспешно пыталась прикрыть простыней обнаженную грудь. Тосты получились восхитительными, бекон – хрустящим, а омлет – неожиданно пикантным от тертого чеддера.

Дети частенько приносили ей завтрак в постель на День матери, а вот муж – никогда. Джеку это бы и в голову не пришло.

Позавтракав, Пол отправился на пробежку, а Адриана успела умыться и привести себя в порядок.

Вернувшись, Фланнер сложил грязные вещи в стиральную машину и встал под душ. Когда он спустился на кухню, Адриана разговаривала по телефону с Джин. Естественно, та хотела знать, как прошел шторм, и Адриана старалась успокоить подругу. Неслышно вошедший Пол обнял ее за талию, его теплое дыхание щекотало шею.

Беседуя с Джин, Адриана слышала, как открылась входная дверь, а затем – скрип сапог по деревянному полу. Она сказала об этом Джин, перед тем как повесить трубку, и пошла проверить, кто пришел. Ее не было несколько минут. Вернувшись, она посмотрела на Пола, будто не зная, что сказать. Глубоко вздохнув, она решилась:

– Он хочет с тобой поговорить.

– Кто?

– Роберт Торрельсон."

"Когда Пол вошел в гостиную, Роберт Торрельсон сидел на диване, низко опустив голову. Пришедший поднял глаза, его лицо казалось непроницаемым. Фланнер думал, будто ни за что не узнает Торрельсона, но теперь понял: он ошибался. За истекший год Торрельсон почти не изменился, только волосы стали совсем седыми. Глаза сурово смотрели на доктора.