– У Ромы тоже свой бизнес, – кичась, заявила подруга. – Живем отлично, два раза в год летаем на отдых. Он меня очень любит, пылинки сдувает, на руках носит. Вот недавно подарил большой букет роз и... И сумочку брендовую!

– Ясно.

– Слушай, Нин, насчет квартиры… Понимаешь, так вышло… Она теперь моя. Ты не сможешь ничего доказать. Давай не будем встревать во всю эту бумажную волокиту и решим все мирным путем. От моей тетки остался дом в деревне, можешь забрать его…

– Дом в деревне взамен двухкомнатной квартиры почти что в центре города? – выгнула бровь я. – Да ты, блин, издеваешься!

Но сейчас, именно сейчас мне не хотелось с ней спорить и вступать в бой. Мне нужно было пережить, отрефлексировать то, что произошло со мной... Поэтому я взяла у нее ключ от дома тетки и, не слушая больше расспросов Ирины, вышла из своей бывшей квартиры прочь.

Я лежала на маленьком топчанчике, укрытая шубкой, и смотрела на огонь, слушая, как дождь шелестит по крыше дома.

Первое, что сделала, зайдя внутрь, принялась топить печь. Дом долго стоял нетопленным, и его следовало прогреть.

Несмотря на лето, зарядили дожди и ночью было холодно.

Между прочим, я теперь отлично умела топить печи!

Вот только легче от этого не было. Семь лет прошло, семь долгих-долгих лет, за которые я совершенно выпала из этой жизни и потеряла всякий стимул оставаться тут.

Вся моя реальная, настоящая жизнь теперь была там, в Орлании, в теле Манон Альберон.

Будь только у меня возможность, я б тот час вернулась туда, домой!

Но как? Как?

Да никак…

И теперь все мое будущее пройдет в тоске по дивному миру и мужчине, которых я потеряла навсегда.

– Весьма оптимистичные мысли, дорогуша, – послышался знакомый голос. – Неужели ты реально надеешься, что у тебя будет какое-то будущее?

Я встрепенулась и увидела ее!

Женщину в белом брючном костюме с золотыми часами и бриллиантовыми сережками.

Богиня Астрея бесцеремонно прошлась по горнице, потерла деревянный стул белым платочком и уселась. В убогой обстановке деревенского дома она действительно смотрелась богиней.

– Что ж, в конце концов, вышло неплохо. Ты выполнила мое поручение, Нина Малинина и свершила эту месть. Кайран Альберон убит горем и страдает так, как едва ли может страдать человек.

При одном упоминании о муже сердце дрогнуло.

– Кайран…

– Манон умерла прямо на его руках, сраженная гибельным проклятием, – кивнула Астрея, внимательно разглядывая меня. – Но, боюсь, ты нарушила свое обещание, дорогуша. Обещала, что не влюбишься в него, а влюбилась, как кошка. Еще и зачала ребенка…

– ЧТО?

Я стала задыхаться, как выброшенная на берег рыба.

Я что, была беременна?

О, мой бог! Боже, боже!

– Маршал узнал, что потерял. Он ведь всегда так сильно хотел детей. А тут двойная потеря.