— На этой торжественной ноте я хочу представить вам людей, без которых всё это было бы невозможно! Эти герои рисковали своими жизнями, чтобы мы сегодня могли сидеть здесь, за этими столами, и праздновать победу!

Он сделал эффектную паузу и протянул руку в сторону стола главнокомандующего:

— Главнокомандующий, будьте так любезны…

Зал притих в ожидании, а все взгляды устремились на Конрада Дубенвальда.

Свет в зале вспыхнул ярче, отразившись в бокалах, кожаных ремнях и лакированных ботинках офицеров. На сцену одна за другой вышли помощницы ведущего, каждая из которых держала в руках либо пышный букет, либо аккуратную коробочку с наградой.

Их шаги были выверенными, а улыбки идеальными, словно они репетировали это действо заранее.

— Рафаэль, готовься! — Клаус снова ткнул княжича локтем в бок, едва сдерживая восторг. — Скоро твой выход!

— Знаю, — рыкнул Сергей сквозь зубы, не сводя глаз со сцены и чувствуя, как злость поднимается внутри.

На сцене появился Дубенвальд. Он неспешно взял в руки артефакт, усиливающий голос, и посмотрел в зал так, словно каждый присутствующий был его личным подчинённым.

Впрочем, так оно и было…

— Друзья, коллеги… — начал он, низким, поставленным голосом, который гулко разнёсся по залу. — Сегодня действительно великий день! День, который войдёт в историю, и я счастлив, что среди нас есть те, кто проявил себя как истинные герои. Честь им и хвала! Давайте не будем тянуть время и приступим! — он бросил короткий взгляд ведущему.

— Пьер Шевалье! — выкрикнул ведущий, и зал дружно зашумел, — Попрошу на сцену!

Первый награждаемый офицер поднялся, поклонился залу и шагнул к сцене.

Клаус ошибся, когда говорил, что княжичу скоро выходить на сцену. Оказалось, что список людей, которые желали получить медали прямо из рук главнокомандующего был невероятно длинным. Генералы, полковники и подполковники, майоры и другие офицеры, не из самых бедных родов. Один за другим они поднимались на сцену, принимали награды с нарочито скромным видом, жали руку главнокомандующему и спускались обратно под одобрительный гул.

— Они что, всех подряд решили наградить? — генерал, сидящий рядом, хмыкнул с явным сарказмом.

Сергей только кивнул соглашаясь. Всё и правда выглядело словно фарс. Наверняка, после окончания войны они будут кичиться наградами и ни один хмырь не расскажет, что отсиделся вместе с главнокомандующим в бункере, даже ног не замочив.

Даже сам Дубенвальд через полчаса устал от этого балагана. Он поднял ладони вверх, потом сам себе их пожал и с усталым видом произнёс пару дежурных фраз. После чего сослался на неотложные дела и направился к выходу. Охрана тут же окружила командира плотным кольцом.