"Нелюбимая для властного лорда

Елена Солт

Цикл: Империя Альдебран

1. Продана замуж

Элира.

Иду неторопливо по улице, подставляя лицо ласковым лучам солнышка. Поправляю длинное платье из красной ткани.

Ноги в тапочках с мягкой подошвой, чувствуют каждый камешек, лежащий на обочине.

Мимо с грохотом проносится телега, поднимая столб пыли. Жмурюсь и кашляю.

Перехватываю поудобнее железный таз, полный мокрых вещей. Руки скользят из-за жары, мышцы чуть подрагивают от напряжения. Тяжело, но ничего!

Работой по хозяйству меня не напугать, я с детства к ней привыкла.

Вот только руки щиплет.

С досадой рассматриваю сухую потрескавшуюся кожу на руках и свежие заусенцы. Надо будет попросить у Дэйи жирный крем и смазать им хорошенько на ночь.

Едва переступаю порог чёрного входа богатого особняка, как мне под ноги бросается Нади, дочка садовника, смешливая юла с кудряшками лет пяти:

– Элира, Элира! Тебя все ищут!

– Кто, кто меня ищет, маленький ты мой кокосик!

Ставлю тяжёлый таз на пол и подхватываю малышку, принимаюсь её щекотать.

– Ай, ай, ахах, ахахах! – верещит она, вертясь у меня в руках, да не так-то просто выбраться. – Я… правда, ну всё, перестань… там какой-то господин приехал и тебя все ищут!

Замираю, хмурюсь и отпускаю Нади:

– Меня? С чего бы я кому-то понадобилась? Ты может что-то напутала, кокосик?

– Нееет! – выпучив глаза, отчаянно мотает маленькой головкой.

И словно в подтверждение её слов за спиной раздаётся недовольный голос опекуна:

– Вот ты где! Куда запропастилась? Я с ног сбился тебя искать! Где опять тебя носит?

Ризарх ирх Аронг, мой двоюродный дядя и опекун, стоит, уперев тыльные стороны ладоней в сальные бока. Его брюхо выступает далеко вперёд. Белая рубашка с длинным рукавом натянута в животе до предела.

Расшитая золотом шапочка съехала на затылок.

– Я была на реке, – киваю на таз с чистой мокрой одеждой. – Стирала.

Смотрит на меня маленькими злыми глазками, морщит лоснящийся красный нос с бордовыми прожилками, скалится, обнажая кривые жёлтые зубы:

– Жду тебя в патио. Но сначала умойся! И поскорее.

Пока я наспех ополаскиваю руки и лицо из рукомойника, успеваю задуматься над странным поведением дяди. Плевать ему всегда было на мой внешний вид! Что изменилось? И Нади говорила про какого-то господина.

По мере приближения к патио чувство неясной тревоги усиливается. Слышу мужские голоса. Дядя не один. С кем-то.

– Разумеется, она всё сделает, куда денется! – хмыкает он, смачно рыгая.

Раздаётся звяканье фарфоровых чайных пиал.

– Гарантии? Ну, я не знаю, какие гарантии, – протягивает мой опекун высоким козлячьим голосом. – Раз до сих пор живая, значит, непорченая. Магический рисунок покажет. Берите, берите, не пожалеете. Я её тут ухх! В строгости держал! Сами увидите. Ну, наконец-то!

Это уже мне.