Ланвен положила ожерелье на серебряное блюдо и достала пару колец — одно с таким же фиолетовым аметистом, а другое — подходящее по цвету, с кабошоном из густо-красного граната. — Простите мне мою дерзость, но я никогда не видела женщины. которая была бы настолько… — она задумалась, подбирая нужное слово, — живой.

Жизнь так и бурлит в вас. Жизнь, свобода, солнце, ветер, блеск драгоценного камня, твердость стали, нежность розы — все это вы. Вы привлекли не только пылкой любовью. Я понимаю его величество. Смотреть на вас — это как глотнуть свежего весеннего ветра. Какой мужчина устоит перед таким искушением?

Получить вас — все равно, что взнуздать ветер, — она покрутила в руке браслет из чеканного золота, но вернула его в шкатулку. — Надеюсь, вы правильно поймете меня. Вы — не леди Сибилла. И если сделаете ставку на короля, то точно не проиграете. А я помогу вам.

— Даже не знаю, что ответить, — ответила я, стараясь говорить спокойно, что давалось мне с огромным трудом. — Вы произнесли речь, достойную пылкого любовника. Только вам-то какая от всего этого выгода, девица Кадарн? Королева — ваша родственница, вам было бы разумнее избавиться от меня, чтобы ее величество не страдала, видя соперницу. Тем более, соперницу, которая, как вы пытаетесь меня убедить, имеет шансов больше, чем прежняя любовница короля.

— Королева в родственницах — не залог счастливой жизни, — она достала из сундука платье из лиловой ткани, с тонким поясом, затканным золотом. — Вот, это платье чудесно подойдет к аметистам, — прежде, чем снова поговорить, она полюбовалась сочетанием ткани и камней. — Тегвин была ко мне добра — забрала ко двору, платит содержание, но я всего лишь приблудная дочь, от простолюдинки. К тому же, некрасивая. А для женщины красота, порой, важнее родовитости и богатства. Что ждет меня в жизни? Я останусь старой девой, а если Тегвин согласится дать хотя бы небольшое приданое — может, какой-нибудь вдовец женится на мне из милости.

Но рядом с вами меня ждет совсем другое…

— Рядом со мной? — я слушала ее внимательно и настороженно, пытаясь понять ее замыслы и намерения.

— Если вы возвыситесь, — она расправила золотые кисточки на пояске лилового платья, — а вы уже взлетели невероятно высоко — вместе с вами взлечу и я. И из незаконнорожденной Ланвен из Кадарнов я стану компаньонкой метрессы дю Рой. возлюбленной короля. Ко мне будут приходить с просьбами передать вам прошение, чтобы выпросить королевских милостей. Те леди и лорды, что вчера смотрели на меня, как на пустое место, будут поджидать у дверей и заискивающе заглядывать в глаза, умолять… И я буду испытывать такое же удовлетворение, что испытывали сегодня вы, когда заставили Верея раздевать короля перед вашей постелью.