Адвокат уже связался с шантажистом и предупредил его, что, если в трехдневный срок он не вернет украденное, ему грозит судебное разбирательство. Так что дышите ровно, — властно подытожила старуха, — не будет ни книги, ни шантажа, ни угроз. В противном случае ваш борзописец загремит под фанфары. Будет ему небо в мелкую клетку — до пяти лет с конфискацией.

— Господи, даже не верится, — с облегчением выдохнула Анна Федоровна, — неужели все позади?

— А как же его ученики? — быстро и нервно спросила доселе молчавшая Вера. — Я не верю, что отец действительно нанимал «негров»!

— И правильно, что не веришь. Этого не было, — убежденно сказала Ираида Антоновна. — Хочу вас успокоить: я знала учеников Володи. Да и он о них мне рассказывал. Все они были молодыми, нищими и гордыми. Володя жалел их, хотел им помочь. Но он понимал, что, если он просто так предложит им деньги, они не возьмут."

"Все слушали, затаив дыхание. Андрей жадно ловил каждое слово Ираиды Антоновны.

— И тогда Володя придумал эту уловку, — старуха перевела дыхание, — он просил учеников сделать работу за него. Они делали. Он им платил, и это была не милостыня, а плата за работу. Потом Володя отправлял их работы через свой фонд в музеи и картинные галереи по всему Советскому Союзу.

— Пра, — ехидно заметил Андрей, — Советского Союза больше нет, есть Россия.

Галина Васильевна взглянула на внука и укоризненно покачала головой.

— Россия, милый мой, была до так называемой революции семнадцатого года, а сейчас… — Она чуть было не выругалась, но, увидев хитрое выражение на лице Андрея, воздержалась, обронив только: — Черт знает что!

— Я так и знала, что отец не мог! — Лицо Веры сияло счастьем.

Анна Федоровна тихо заплакала, закрыв лицо руками. Георгий обнял ее за плечи.

— Это еще не все, — Ираида Антоновна театрально взмахнула рукой. — Володя никогда, я подчеркиваю, ни разу не воспользовался услугами учеников по-настоящему. — Она посмотрела на Галину Васильевну, в глазах той блестели слезы. — Любая грамотная экспертиза будет тому доказательством.

— Ура! Ура! Ура! — закричал Андрей, подпрыгивая на месте и по-боксерски выбрасывая руки.

— Вот так, Андрюшенька. — Галина Васильевна улыбнулась, глядя на внука. — Ты по-прежнему можешь гордиться своим дедом. Ведь так?

Сияющий Андрей утвердительно кивнул.

— Минуточку, — в голосе Леры были тревога и озабоченность, — а что же с книгой? Мне доподлинно известно от брата одного из соучредителей «Вектора», что недописанные мемуары были выкуплены кем-то за бешеные деньги. Где гарантии, что этот некто не издаст рукопись?

— А это уже вопрос не ко мне, а к Георгию, — заявила Ираида Антоновна.

Все выжидательно посмотрели на Георгия.

— Этот некто я.