— Дать столько, сколько не даст ни один издатель, даже западный.

— Я не верю, что отец мог!.. — Вера стукнула кулаком по подлокотнику. — Я слишком хорошо его знаю! Он писал свои картины сам!

— Успокойся, — с участием сказала ей Саша. — Сейчас нам надо быть спокойными и рациональными, как никогда.

— Все! Я решила! — До сих пор молчавшая и не принимавшая участия в разговоре Лера решительно поднялась и, выйдя на середину комнаты, замерла, обхватив руками плечи. — Вся коллекция завещана моему сыну. Это миллионы долларов. Я продам часть картин. Мы заплатим шантажисту и заткнем ему рот!

— Какой жест! — едко заметила Вера. — Это вы сегодня такая благородная, а завтра передумаете. По обыкновению.

— Господи, когда же вы перестанете меня кусать?! — гневно спросила Лера.

— Никогда, — зло ответила Вера.

Анна Федоровна тоже встала. Медленно прошлась по комнате.

— Лера, мы все оценили ваш великодушный порыв, — неспешно начала она, — но это не выход. Ваш сын вступит в права наследования только через год с небольшим. Мы не можем ждать так долго. Вернее, шантажист не будет ждать!

— И вряд ли ваш Вова позволит вам распоряжаться его картинами. — Саша язвительно подчеркнула интонацией слово «его»."

"В комнате снова повисло тягостное молчание. И снова заговорил Андрей:

— Что же нам делать? — Он растерянно оглядел женщин.

— Я знаю что! — в дверях появилась Галина Васильевна в легком весеннем плаще и шляпке. — Собирайтесь! — весело скомандовала она. Глаза ее сияли, словно она принесла спасительную весть. — Я только что от Ираиды, Пра ждет нас. Сейчас же едем к ней в клинику!

* * *Ираида Антоновна принимала на террасе, восседая в своем кресле-качалке и приветствуя многочисленных гостей. По такому случаю она оделась с особой тщательностью и даже подкрасила ресницы.

— Ты похудела, — благосклонно отвалила она комплимент Лере.

— Спасибо! — радостно поблагодарила та.

— Тебе это не идет, — тут же припечатала бедняжку старуха.

— Вот тебе пожалуйста! — съязвила Вера, повернувшись к Лере и разведя руками: дескать, получила?

— Не лайтесь! — властно осекла их Ираида Антоновна. И так же властно приказала Галине Васильевне: — Галя, организуй тишину!

— Прошу всех: тише. — Галина Васильевна обвела взглядом присутствующих, было видно, что она волнуется. — Устраивайтесь кто как хочет — стульев на всех хватит. — И, выдержав паузу, с чувством начала: — Ираида Антоновна собрала нас всех, чтобы сообщить вам… нам… — Она сбилась и испуганно посмотрела на старуху.

— Дорогие мои! — прокашлявшись, начала Ираида Антоновна. — Во всем, что с вами произошло, виновата я.

— В чем ты виновата? — почти хором спросили Андрей и Вера.

— Прошу не перебивать.