Правда, потом нашелся один осторожный и мудрый человек, который разогнал эту шпану и закопал где-то за огородом то, что смог найти. Алинке даже показали приблизительное место захоронения. Хорошо, что до сих пор там так и располагался пустырь. Этому пустырю и посвящали все свободное время девушки и их добровольные помощники.

Как заявила Алина, сокровища они будут искать только после того, как по-божески захоронят юную графиню. Иначе клад не принесет ничего, кроме горя и смерти. Не знаю, что там пишут в умных книжках и не очень умных статьях, которыми забита голова Алины, но чисто по-человечески я с ней полностью согласна.

Если легенда имеет под собой реальную основу, потомки Лепниных просто обязаны были понести наказание. А теперь – постараться хоть как-то исправить содеянное одним из представителей их рода.

Глава 15

Все-таки мне пришлось попросить Васю и Люсю нарушить запрет, хотя я сама на них его и наложила. Мне потребовались услуги городских бомжей, а договориться с ними лучше всего могли бы их товарищи по несчастью. Но я соблюла все меры безопасности: сама заехала за этой парочкой на заброшенное кладбище, сама отвезла их на свалку на переговоры.

Объяснила, что требуется от их коллег, посоветовала не экономить на гонораре. Вернулись они не скоро и несколько сконфуженно объяснили, что просто заболтались. Давно не виделись, соскучились, было о чем поговорить. Но задание выполнили."

"В чем состояла суть задания? Ребята раздали фотографии Норбекова, дали его адрес и попросили, чтобы местная братия как можно чаще ошивалась в городе возле дома этого типа. И как только объект появится в поле их зрения, всем своим видом выражали презрение, негодование, антипатию.

Мордобитие не поощрялось. На запущенное в нечестивца тухлое яйцо закрывались глаза с предупреждением: в случае поимки исполнителя заказчик ответственности не несет. Вася и Люся подробно описали все злодеяния, которые совершил этот нехороший человек, и наказали исполнителям не просто клясть Норбекова, а публично обвинять его в конкретных преступлениях. Выглядело это так: стоило Норбекову показаться на улице, как словно из-под земли перед ним вырастал кто-нибудь из моих подручных.

– Люди добрые, смотрите, вон он, убийца собственного друга, идет! И носит ведь земля паразита такого!

На следующий же день Норбеков стал бояться выходить из дома.

Из-за каждого угла вслед ему неслось или шипящее «душегубец», или нежное «будешь баловаться, тот дяденька тебя в психушку сдаст». Пару раз на его пути встречался его бывший помощник, сантехник Вова. Тот молчал, только укоризненно качал головой и долго смотрел вслед. Пару раз Норбеков пытался приблизиться к нему и заговорить, но в тот же миг около Вовы оказывались несколько его товарищей.