Они нарезали его тонкими ломтями, предложили разведчикам. Те отказывались, но женщины настаивали, совали им в руки.

– А что батюшка, пользовался успехом у советских граждан этот монастырь? – поинтересовался Карабаш. – Вы ведь знаете, раз сюда наведывались.

– Понимаю вашу иронию, молодой человек, – улыбался поп. – Рудимент царской эпохи, пережиток старины глубокой. Не собираюсь вас ни в чём разубеждать, это совершенно бесполезно. Смею заметить, что наша православная церковь никогда не выступала против Советской власти, – отец Сергий смущенно кашлянул, понимая что покривил душой. – Во всяком случае в последние пятнадцать-двадцать лет. Верить в Бога или нет – дело сугубо добровольное. Монастырь Святого Успения построили в середине прошлого века. Он действовал до 31-го года, приносил пользу огромному количеству людей. При монастыре работала церковно-приходская школа. В 14-м году здесь открылся дом милосердия. К нашему времени эти постройки окончательно обветшали и стали непригодны для использования. Люди здесь искали уединения и находили. Служили Господу, очищались от греховных помыслов, вели праведный образ жизни. За восемьдесят лет в монастыре не произошло ни одного преступления. Разве это не показатель? Монахи в одиночестве росли духовно, стремясь быть ближе к Богу. Здесь люди постоянно молятся, общаются с Создателем, проявляют терпение со смирением.

– Батюшка, нам тоже нужно проявлять терпение со смирением? – тихо спросила Настя. – Мы тоже должны непрестанно молиться? А ещё я слышала в монастырях запрещено винопития, табакокурение и сквернословие.

Разведчики оживились, тема была интересная.

– Это точно не для нас, – оскалился Гулыгин.

– Ой, ладно. Отстаньте, – батюшка отмахнулся. – Повторяю, не собираюсь вас ни в чём разубеждать. Надеюсь эти стены стерпят чуток не почитания.

– Ну всё, отдохнули и хватит, – Шубин поднялся. – Собираться будем. А вы решайте, идёте с нами или остаётесь. Должен сказать, что без еды вы продержитесь недолго, а скрести по местным сусекам занятие сомнительное, впрочем крысы здесь упитанные, сам видел. Так что есть смысл попробовать.

Как-то одновременно задрожали Настя и Екатерина Андреевна, уставились на лейтенанта большими глазами."

"– Благодарим вас, товарищи, – тихо сказала Анна Михайловна. – Боюсь, что Пал Палыч с этой задачей не справится, – она погладила мужа по голове. – Вы сами не знаете как далеко идти и чем это может кончится. Нам придётся остаться. Он ещё очень слаб. Мы верим вам и отцу Кириллу, что в монастыре безопасно. Дождёмся наших. День-два ещё продержимся, возможно найдём какие-нибудь крупы. Когда освободят село мы должны немедленно в него вернуться. Неизвестно что натворили там фашисты.