Возможно и нет уже никакого села, – в женских глазах заблестели слёзы. – А отец Кирилл пусть помолится, чтобы все наши сельчане остались живы.

– Молюсь, Сестра, – сокрушённо вздохнул батюшка. – Ежедневно и еженощно молюсь.

Спрашивать мнение Фрола, видимо, не стоило. Парень всё время улыбался и вёл себя очень нервно. Екатерина подумала, потом посмотрела на лейтенанта задумчивым взглядом, который очень не понравился Насте, переглянулась с Анной Михайловной и кивнула:

– Мы остаёмся, простите. Я не смогу бросить этих людей.

– Ладно, дело хозяйское, – чувство облегчения удалось скрыть. Меньше всего Шубину хотелось тащить эту обузу по буеракам. – Собираемся, бойцы! Через три минуты выступаем. Запрёте за нами, батюшка?

– Всенепременно, – отец Кирилл согласно кивнул.

– Товарищ лейтенант, – в теле всунулся красноармеец Гончар. Он выглядел взволнованным. – На минутку. Показать кое-что хочу…

Сердце беспокойное ёкнуло. Ведь как чувствовал, что гладко не получится.

Глава двенадцатая

Шубин скорчился на внешней галерее, опоясывающей второй этаж. Ещё ничего не произошло, а уже мурашки ползли по коже. Гончар сидел рядом на корточках. Вставать в полный рост они опасались. В ограждении хватало дыр, чтобы видеть всю картину.

Утро выдалось морозным. Осадки прекратились, но ночью валил снег, у забора выросли сугробы. Тучи затянули небо до краёв, уже и забылось когда в последний раз выглядывало солнце.

– Я людей видел, товарищ лейтенант, – прошептал Гончар. – Далеко в кустах. Они в маскхалатах. Поднимать панику не стал, зачем людей будоражить. Это скорее всего наши, но на всякий случай решил предупредить вас. Совсем необязательно, что эти люди направляются в монастырь, они могли идти куда угодно. Немцы вряд ли появятся с нашей стороны.

В первые минуты ничего не происходило. Но Гончар шептал, что он точно их видел. Звери? Кто тут обитает? Зайцы, лисы, иногда волки, лоси. Но нет… Шевельнулось что-то за кустами, словно сугроб перебрался на другое место. Поднялись люди в маскировочном облачении. Они фактически сливались с антуражем, приходилось всматриваться, чтобы их заметить.

Людей было много. Строй не держали, да и как его удержишь в кустах. Потом залегли, глядя на монастырь. Спина похолодела. Лейтенант кожей почувствовал как его разглядывают в бинокль.

– Гончар, не шевелись.

– Я понял, товарищ лейтенант, – боец кусал губы. – Вижу как окуляры отсвечивают. Да наши это, кто же ещё. На ту сторону пошли, значит наступление скоро.

По логике именно наши. Но от чего так волнительно?

Незнакомцы поднялись, стали приближаться. Первые пробежали метров двадцать, залегли, ждали остальных. Потом опять встали, побежали дальше. Группа пропала из вида, их заслонил обрыв, переправлялись через речку.