— Лицо-то не нарастёт! Не приглянулась, наверно.

— А женой зачем объявил?

— Ну кто ж их, кобелей, знает!

— Да испугался он её взять! Грязная да с фингалом! Видать, в темноте поначалу не разглядел, а днём передумал!

Шасти сжалась в комок от стыда: старухи обидно захихикали тонкими дребезжащими голосами.

Почему у её мужа было столько женщин? И почему он даже не посмотрел на неё?

— Ну и что будем делать? — спросила хозяйка аила. — Раз Кай назвал женой, значит, будет женой такая, какая есть.

— Воду будем в котле греть, — вынесла вердикт шаманка. — Её нужно отмыть, убрать с лица синяки, одеть в новое платье. Глядишь — и мужик спохватится.

— Да мужика-то теперь в аил не заманишь, — покачала головой хозяйка. — Будет носиться с барсами да волками.

— Ничего, — рассмеялась шаманка. — Я и Ичину скажу про баню. Вечером и мужики пусть камни нагреют. Разомлеют в пару. А там мы Кая и уведём.

Хозяйка аила разожгла огонь в очаге посреди аила. Жаркий. Повесила на треногу здоровенный котёл. Несколько женщин помоложе подхватили кожаные вёдра и выскочили на улицу.

Шасти взвизгнула — её схватили за волосы.

— Подержите-ка её лицом к огню, — велела шаманка. — О! Да тут не только синяки! — посетовала она. — Ну, ничего, поправим и это!

И стала греть над огнём бубен.

Шасти и злилась на толпу женщин, суетящихся вокруг, и была рада корыту с горячей водой. Последние недели и дома у девушки была скудная на удобства походная жизнь.

Дома…

Она вспомнила, что дома у неё больше нет, и беззвучно заплакала. Никто и не заметил — её усадили в корыто и вода стекала теперь по лицу.

А женщины суетились вокруг, несли вещи — лёгкие льняные рубашки, тёплые кожаные платья с меховой отделкой, костяные бусы с кусочками разноцветных камней, витые серебряные браслеты.

Чистая, в новой рубахе из мягкого льна, с браслетами на обеих руках — очень они ей понравились, Шасти уснула в аиле хозяйки, которую звали Майа.

Уснула под песни женщин, перешивавших для неё одежду.

А едва рассвело первым делом взяла миску, прошептала над ней заклинание зеркала и долго пялилась в воду, не понимая, точно ли сошли с лица синяки?

И как только Майа, хозяйка аила, не застукала её за этим простеньким заклинанием?

Вот только Кай всё испортил. Когда мужчины собрались посреди деревни и начали обсуждать свои важные мужские дела, Майа велела девушке из аила не выходить. Но муж стоял близко, и было хорошо слышно.

Потому, когда Шасти услыхала, что её глупый муж собрался идти в ставку терия Вердена, она не выдержала, высунулась в дверь и закричала:

— Нет, не ходи!

Он же ничего не знал о мощи чёрных колдунов! Его там могли узнать! Многие воины видели княжича Камая во время битвы!

Но муж только засмеялся.