Каким-то потерянным жестом провела по волосам, рассмеялась… замирая на грани истерики. Нет-нет! Ничего такого страшного не случилось! Она давно была готова к тому, что произошло! Господи… как давно... Вот только до этих пор она не знала, как к нему подобраться. Как сделать так, чтобы он заметил, что ради него она готова на все! Вообще на все. Абсолютно. Кто-то бы мог сказать, что нельзя вот так перекраивать себя под мужчину. Но что, если без него жизни нет? Что, если его холодные стальные глаза преследует? И только от его голоса все внутри вибрирует и дрожит?"

"Аллах милосердный… Она ждала его десять лет и два года… Два года набиралась смелости признаться в чувствах, а после еще десять лет – в попытке стать той, кто ему нужна. Той, кто будет под стать этому непростому мужчине. Лучшему мужчине на планете. Как она старалась, мамочки! Стать сильнее, увереннее в себе… Ей хотелось, чтобы он гордился женщиной, в которую она превратилась из робкой, забитой жизнью и строгим воспитанием девочки.

Внизу живота тянуло. То ли от неудовлетворенности, то ли от его резких толчков… Ей было тридцать лет. Тело Лейлы с радостью простилось с невинностью. Просто… ей требовалось немного времени, чтобы все зажило. Она была готова к этой боли. Более того… она вполне себе отдавала отчет о том, что это может повторяться снова и снова. После того, как Сергей Иванович огорошил ее словами о своих сексуальных предпочтениях, она… сначала сбежала в панике, а после не спала ночами и думала... думала… думала… Прикидывала в уме, примеряла на себя, в попытке понять – готова ли она к подобной модели отношений. Лейла изучила литературу, с большим трудом попала на довольно специфический форум, где общались приверженцы отношений подобного рода, и где время от времени выкладывали видео, после просмотра которых она долго не могла уснуть. Ее чувства находились в смятении. Что-то ей нравилось, что-то вызывало отвращение и казалось недопустимым… Но почему-то Лейла была уверена, что и Сергею не захочется подобных экспериментов. Вряд ли он относится к тем мужчинами, которые готовы разделить свою женщину с другими. Или причинить ей реальную боль. Она не верила, что он был садистом. Помешанным на контроле домом – да. Лейла также понимала, что мужчина такого типа доминировали не только и не столько в спальне, сколько вообще по жизни. Вот уж где бы она с радостью уступила, как и любая женщина, воспитанная в мусульманских традициях.

В сумочке на полу завибрировал телефон, возвращая Лейлу в действительность. Она стряхнула со щек слезы и встала. Рука потянулась к трубке, но в последний момент Лейла решила, что не хочет ни с кем разговаривать. Она находилась в растрепанных чувствах.