Лишившись же работы, которой только и жил, Сеничкин утратил абсолютно все ориентиры. Земля ушла из-под ног. Он проснулся утром, абсолютно не понимая, что ему делать дальше. Ему некуда было иди, его больше нигде не ждали. Он стал ненужным. Нет, Сергей и раньше чувствовал свое одиночество, но только теперь оно стало по-настоящему нестерпимым. Избыток свободного времени заставлял привыкший к работе мозг анализировать даже то, что давным-давно было убрано в самые дальние тайники памяти. Копаться в себе… Сдирать струпья с ран… Бронированные стены квартиры словно давили на него, и он бежал прочь из собственного дома, от гудящих в голове мыслей… Прочь от себя.

Сергей отключился ближе к утру, но не привыкший к присутствию женщины, то и дело выныривал из вязкого сна, стоило той пошевелиться…

Новый день проник в их мир золотистым лучом, пробившимся в тонкую щель между плотно задернутыми шторами насыщенного сливового цвета. Лейла осторожно высвободилась из его рук, спустила ноги с кровати и потянулась, закинув руки за голову. Она не могла не понимать, что он за ней наблюдает, но все равно предпочла сделать вид, что не знает этого. Играя с ним…

Ее тонкие пальчики нащупали халат. Тот самый, в котором она была накануне. Лейла встала, выпрямилась в полный рост, прошла голая через комнату к кухонной зоне. Обхватила ручку хрустального графина и прямо из него напилась воды. Тыльной стороной ладони вытерла губы… Он взгляда не мог отвести от нее. Совершенной в своей красоте. Может, на это и был расчет, когда она дефилировала перед ним, плавно покачивая роскошными бедрами? Или когда, повернувшись в профиль, позволила ему увидеть большую чуть вздернутую кверху грудь с серебряным колечком пирсинга в соске?

Неспешно Лейла оделась и затянула поясок халата на тоненькой талии. Расчесала пальцами роскошную гриву волос, собрала их в хвост на затылке.

Сеничкин наблюдал за ней из-под ресниц и никак не решался обозначить свое присутствие. Иначе бы им пришлось о чем-то говорить. А он… боялся. Банально боялся.

Лейла открыла холодильник, достала из него продукты и, не глядя на мужчину, поинтересовалась:

- Как насчет яичницы на завтрак? Или, может быть, испечь блины?

- Яичница мне подойдет, – проскрипел Сеничкин. Он оказался в совершенно идиотском положении. Голый, в ее кровати. Сергей даже забыл развесить постиранные вещи, и те наверняка были мокрыми.

- Твоя одежда сохнет в ванной на змеевике, – понимая его затруднение, сказала Лейла. Резко ударила ножом, разбивая первое яйцо в глубокую стеклянную миску. – В шкафу на нижней полке можешь найти спортивные штаны. Я как-то купила, в надежде, что ты когда-нибудь…

Сеничкин резко встал. Он не был готов услышать то, что она хотела сказать. Поверить в ее слова было бы слишком просто.