"

"Я мысленно сосчитала до десяти. Если он считает меня дурочкой, которая пугается собственной тени, зачем учить стрелять? Но эту мысль лучше придержать при себе — а то возьмет и передумает.

— И все же — зачем пистолеты, если есть магия? — спросила я, чтобы не думать о том, какой же это самодовольный, наглый, невыносимый...

— Затем же, зачем пистолеты сменили шпаги, — пожал он плечами. — Магии, как и фехтованию, учишься всю жизнь, а научить стрелять можно даже... — Он не договорил, но я поняла по выражению лица.

«Даже вас».

Однако глупо было цепляться к недосказанному и раздувать скандал. Тем более что кроме Виктора некому рассказать мне, как пользоваться таким оружием. Так что я похлопала ресницами, сделав вид, будто не поняла намека, и прощебетала:

— Так научите.

Виктор осмотрел пистолеты, кивнул сам себе. Похоже, исправны. Извлек из «укладки», как я успела прозвать про себя ящик с пистолетами, кожаный кисет и что-то похожее на деревянный флакончик с медным носиком.

— Вот это — пороховница. — Он закрыл отверстие в носике пальцем. — Отводите этот рычаг, переворачиваете, отпускаете.

Говоря так, он проделал все это, снова поднял пороховницу носиком кверху.

— Теперь здесь нужная порция пороха. — Он высыпал ее в пистолет; отложив его, развязал кисет. Внутри обнаружились металлические шарики. — Это пули. Ствол нарезной, поэтому пулю нужно вколотить шомполом.

Так вот зачем нужен был молоток!

— Теперь обязательно поставьте курок в предохранительное положение. — Он передвинул серебряный рычажок. — Чтобы пистолет случайно не выстрелил.

Развязал еще один кожаный кисет, в котором обнаружилась россыпь медных продолговатых штуковин, чем-то напомнивших мне мелкокалиберные патроны моего времени.

— Это капсюль. Вставляете сюда, — показал Виктор. — Когда курок ударит по нему, гремучая ртуть внутри воспламенится, зажжет порох и пистолет выстрелит. Для этого переводите его вот так, — он повернул рычажок дальше, — только перед тем, как соберетесь стрелять, не раньше. Ясно вам?

13.2

Чего уж там неясного.

Виктор снова повернул курок в безопасное положение, отложил пистолет в сторону.

— Теперь давайте вы. — Он указал на второй пистолет.

Не так уж все и сложно, оказывается.

— Как долго его можно хранить так? — полюбопытствовала я, заколачивая в ствол пулю.

Виктор покачал головой.

— Нисколько. Порох отсыреет, пружина курка растянется. Заряжают или перед боем, или перед дуэлью. Если не понадобилось — разряжают. Вот этим.

Он показал железную штуковину с усиками, изогнутыми наподобие кухонного веничка. Только маленького и жесткого.

Но жаль, что эти допотопные пистолеты нельзя хранить заряженными. Придется каждый вечер подготавливать, а утром разряжать.