В итоге мне пообещали приготовить новые, правда в обмен на пирожки.

Слушая Лекса, я поняла, что любовь к пирожкам грозит перерасти в манию, но ведь мания — не всегда плохо? Учитывая специфику профессии моего истинного, пирожки могут стать лишним поводом возвращаться домой живым и невредимым.

Если так, то буду развивать талант.

* * *Мы поженились через три недели, прямо в академии.

Позже была вторая свадьба — по всем традициям, в замке семьи Аргрос.

В качестве свадебного подарка муж преподнёс колье и браслеты, которые идеально подходили к подаренным ранее бриллиантовым серьгам. Сами серьги были «со смыслом»! Они периодически мелькали в неприличных видениях, я прекрасно понимала, зачем Лекс их подарил.

После свадьбы состоялся переезд в поместье, и очередная, на этот раз неформальная, встреча с дядей. Мы беседовали втроём, и довольно долго. Лорд Эртрай объяснял, как и для чего империя хочет использовать мой дар.

Я понимала и была согласна. Мы договорились о способах связи и прочем.

Очень многое обсудили, все возможные детали."

"Я слушала, запоминала, но каюсь — в этом разговоре больше полагалась на память Лекса. Просто прямо сейчас мне было не поручений и политики. У меня начиналась та самая, предначертанная в видениях жизнь.

Муж. Его объятия, поцелуи и всё то, что в академии я получала лишь урывками.

А ещё у меня оставалась одна маленькая тайна — моя способность пересылать Лексу сны.

Я могла признаться, но не спешила. Держала свою способность как припрятанный в рукаве козырь. Но Лекс, негодяй, раскусил меня после первой и единственной крупной ссоры.

Даже не вспомню почему мы повздорили! Была какая-то ерунда, плёвое недопонимание, но мы оба надулись и объявили друг другу бойкот.

Лекс держался как скала, а мне было сложно. Первый день молчания стал чем-то жутким, а второй невыносимым. Тогда-то я и устроила мужу очень весёлую ночь.

За ней — вторую. А потом и третью… После которой виконт Аргрос не выдержал и вломился в мою спальню на рассвете. Прижал к кровати и начал… примирительный акт. Для начала зацеловал, а уж потом…

Потом было всё! Так хорошо, так сладко, так жарко… И вот когда взаимное напряжение спало, до Лекса дошло.

Объективно это было ничем не обоснованное озарение, и я могла наврать, что не имею отношения к одолевшим мужа видениям. Но я прокололась. Увы, я начала хохотать.

Лекс был ужасно возмущён, аж покраснел! Но просил продолжать, присылать такие сны почаще.

А ещё заявил:

— Ты куда более сумасшедшая, чем я. Светлые силы, за что мне такая жена?

— Какая «такая»? — Я вздёрнула бровь.

— Невероятная, — прошептал он, впиваясь в губы.

Я ответила на поцелуй, а потом всё-таки отпихнула. Как бы там ни было, я ещё не отошла от ссоры и по-прежнему дулась.

— Обожаю тебя, — сообщил Лекс.