За окном стемнело, как и в спальне. Царящий в ней полумрак разбивает лишь свет от ноутбука — я наивно надеялась поработать. Висит гробовая тишина. Где-то в параллельной вселенной я и Савва сейчас занимаемся сексом в такой же комнате, а спустя час будем лежать в обнимку и обсуждать несовершенства мира. Жаль, что та вселенная не моя. Жаль, я не сплю, а это не кошмарный сон.

Стук в дверь. Три раза. Деликатно, но настойчиво.

— Я хочу войти.

— Тогда тебе придётся выломать дверь, — шепчу я, не заботясь о том, чтобы Савва услышал, — потому что я тебе не открою.

Съёжившись, я гипнотизирую пропитанное вечерней синевой окно и мысленно готовлю себя к тому, что услышу щелчок отрывающегося замка и хруст сломанных петель. Я знаю, что он стоит за дверью, чувствую его протест. Секунда, две, двадцать. Поступь удаляющихся шагов. Савва уходит. Хотя, возможно, он просто идёт за отмычкой.

58

Четыре часа сна — это ничтожно мало. Глаза опухли и зудят от выплаканных слез, в теле ощущается ломота, словно по нему молотили ногами. Уже пятнадцать минут я разглядываю потолочный светильник и не нахожу в себе силы подняться. Та боль, что грызла меня изнутри, поникла и съёжилась, оставив после себя выжженную пустоту. Хорошо, что сегодня не нужно ехать на работу, потому что я бы не поехала и даже не потрудилась бы предупредить. Не хочу. Ничего не хочу.

Вопреки моим опасениям Савва меня больше не потревожил, однако это не мешало мне вслушиваться в каждый шорох и ломать голову в попытке предугадать его дальнейший план действий. В отчаянии и панике я дошла до совершенно идиотских версий: например, что Савва устраивает поджог, чтобы меня «выкурить». Представляла, как мечусь по комнате, задыхаясь от дыма, и начинала по-настоящему его ненавидеть. Настолько я потеряла над собой контроль.

Где он сейчас? Время почти десять. Встал или ещё спит? Завтракает или работает у себя в кабинете? Сколько я просижу здесь, перед тем как встретиться с ним лицом к лицу? Час, максимум два. Я, оказывается, трусиха, потому что прямо сейчас мне дико страшно. Страшно окунуться в его невероятные глаза и сломаться. Понять, что на деле ничего не изменилось и моя любовь к нему не прошла. Что мне делать тогда? Как справляться с последствиями?

Я приподнимаюсь на локтях и сажусь. За окном катастрофически светло — реальность не даёт ни единого шанса от себя спрятаться. Я у неё как на ладони.

Обернувшись, тяну к себе подушку и подношу её к носу. Своеобразная тренировка. Хочу знать, как запах Саввы отзовётся во мне после всего, что случилось.

Дерзкая пряность забирается в ноздри, заставляя меня на секунду прикрыть глаза. Во рту становится чуть влажнее, и тепло покалывает в животе. Не так сильно, как раньше, но всё ещё ощутимо. Когда-нибудь это пройдёт? Должно.