Я говорил, что ты для меня особенный человек. Особенный — он всегда один. Их не бывает двое или несколько. В твоей крови могу быть только я. Ты ведь знаешь меня, Мирра. Никто не влезет между нами.

— Даже собственный ребенок? Мой и твой?

— Он нам не нужен. Половине людей на планете не нужны их дети, но они упрямо размножаются, потому что так им сказали. Я не планирую делить тебя ни с кем.

— Савва, ты это другое. Появление новой жизни не отберёт меня у тебя.

Снисходительная усмешка и ямочки.

— Ты просто не знаешь, о чём говоришь.

— Почувствуй меня и поймёшь, что я говорю искренне, — от напряжения и скачущих эмоций, мой голос звучит умоляюще, ведь возможно, это самый важный наш разговор. — Ты меня видишь?

— Я вижу, что ты себя обманываешь.

Я раздражённо мотаю головой. Нет, нет. Он закрывается от меня вместо того, чтобы слышать.

— Ты не можешь знать. Твоё детство — это сама огромная несправедливость, какая только могла произойти. Мне жаль. Я ненавижу твоего отца и презираю твою мать, но эти двое просто душевнобольные. Мы с тобой не такие. Ты не такой. Я видела, как ты общаешься у себя на работе. Ты умеешь быть социальным. Однажды ради меня ты смог переступить через себя.

— Всего однажды, и напомню, что спустя неделю я всё равно перевёз твои вещи, — холодно замечает Савва.

Я проглатываю и это.

— Значит, тебе многому предстоит научиться. И мне совершенно всё равно, как будет выглядеть наш возможный ребенок и каким IQ он будет обладать. Я верю, что справлюсь. И в тебя тоже верю, несмотря на твой диагноз. Ты ведь такой умный. Самый умный из тех, кого я знаю. Просто дай себе время…

— Не пытайся клеить на меня радужные фильтры, Мирра. Ты забываешь о том, что я тебе говорил. Я всегда делаю только то, чего хочу сам. Ребенку нет места в нашей жизни.

Холодные иглы, торчащие в коже, продвигаются глубже и впиваются в нервы. От стремительно распространяющейся боли я готова орать. Больно, больно... Как же больно.

— И что теперь?

— Если результат анализа подтвердится, я найду тебе самую лучшую клинику.

— Ты хочешь отправить меня на аборт?

— А есть другие способы решить эту проблему?

Ты не мой Савва. Не тот, кого я полюбила. Этого отстранённого парня с мертвенно-голубыми глазами я не знаю и прямо в эту секунду начинаю ненавидеть.

— Это всё ещё моё тело, и только я буду им распоряжаться. Я вижу твой страх, Савва, как бы хорошо ты его ни прятал. Ты боишься меня потерять, но так ты потеряешь меня куда быстрее.

Уйти. Выйти из этой комнаты, избавиться от его отравляющей близости. Куда угодно. К маме лететь слишком поздно, а в квартире на Садово-Поперечной даже постельного белья нет. Можно снять номер в гостинице.

Я шагаю к двери, но Савва ловит моё запястье.

— Ты никуда не уйдёшь.

— Тогда уйди ты. Я хочу остаться одна. Без тебя.