Мое внимание привлекло пятно крови на белоснежной рубашке.

— Да что за день сегодня?! — пробормотал я, понимая, что нужно переодеться, а ехать домой – некогда. Был вариант переодеться в те шмотки, что висели в рабочем кабинете. Но сегодня, мать его, дресс-код. А хозяину клуба не гоже щеголять в «косухе» и джинсах.

Лева, держась за ребра, скрылся с глаз. А я, подняв голову, посмотрел на звездное небо.

Вру. Я же не сопливый романтичный подросток, чтобы любоваться звездами, луной и прочей хренью. Не на небо смотрел, конечно. А на темные окна здания напротив, безошибочно отыскав нужные.

Интересно, в шкафу все еще висит моя рубашка? Или вредина сожгла ее на костре? Не удивлюсь, если оттащила к какой-нибудь гадалке и навела на меня порчу или приворот какой.

Мобильник ожил в кармане пиджака. Отыскав телефон, взглянул на дисплей. Как же, мать его, не вовремя! Но не мог не ответить.

После короткого разговора, сбросил вызов. Мне нужно быть в зале через двадцать минут. И желательно, в чистой рубашке.

Не теряя времени, зашагал к винтовой лестнице, которая вела в небольшую квартирку под самым чердаком.

Оказавшись перед дверью, нажал на ручку. Разумеется,  заперто. Хмыкнул, скользнув рукой в карман пиджака. Сам не знал, почему ключ все еще был при мне. Да и не ожидал, что он подойдет."

"‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Однако тихий щелчок замка порадовал меня. И я перешагнул порог небольшой квартирки, в которой царил полумрак.

Я не собирался красться, словно вор. Нет. Даже свет включил, на случай, если девчонка передвинула мебель. Но все было так же, как и полгода назад. Словно и не было этих шести месяцев.

— Милая, я дома! — пропел я, двигаясь в сторону спальни.

Тишину рассек странный грохот. А я коварно усмехнулся. Не ожидала? Так и я не собирался приходить.

Звук доносился из ванной. И я успел просунуть ногу прежде, чем дверь захлопнется.

— Спинку потереть? — предложил я, прищурив один глаз.

Зная Малышко, сейчас в меня полетит что-то тяжелое или хрупкое.

— Какого черта ты приперся?! — проорала девчонка.

— Исключительно по делу, милая! — хохотнул я, пытаясь заглянуть в ванную, надавив на дверь рукой.

— Пошел вон, Чиполлино! — пропыхтела Муза.

Силы были неравны. И дверь почти поддалась под моим напором. Но я решил не гневить удачу. Кто знает, может быть у нее там парочка ножей припрятаны? А я, кажется, пришел за сменной одеждой, а не за новыми ранениями.

— Где моя рубашка, милая? — посмеивался я, представляя, как лицо Музы становится пунцово-красным от гнева, а потом и от смущения.

— Ты в своем уме, Демоненко??? — возмутилась Муза Эдуардовна. А я покачал головой.

— Ладно. Не отвечай.