— Тогда какого лешего мне прилетело от той второй? Почему не тебе, а мне отдавили яйца и налили за шиворот кофе?

— Не знаю, — буркнул пацан. — Из-за машины, наверное, тебя приняли за меня.

Боль, которая от паха дошла до самых ребер, наконец, начала отступать. Я смог выпрямиться и посмотреть на малого сверху вниз:

— Больше ты мою машину не берешь. Ясно?

— Ясно, — отмахнулся он и крылья его ноздрей заходили ходуном. Ни то заплачет сейчас, ни то злится.

Развернулся и мелкими шажками подошёл к задней дверце своей машины, открыл ее и достал с заднего сиденья спортивную сумку с вещами, которые беру с собой в зал. Стянул с себя через голову белую футболку, на спине которой растеклось коричневое пятно.

— Выбрось, — швырнул я футболку в малого и надел чистую из сумки, которую убрал обратно в салон. Хлопнув дверью машины, вновь подошел к племяннику и прихватил с крыши единственный уцелевший стаканчик с кофе. — А теперь рассказывай, кто это такие и почему залетевшая залетела не от тебя?

— Не знаю. Ту вторую я вообще первый раз вижу, — теребил он в руках мою грязную футболку, а вместе с ней и мои нервы.

— Какую вторую?

— Брюнетку.

— Она шатенка.

— Какая разница? — психовал Егор.

— Тебе показать, какая разница? Я вот сейчас лично прочувствовал, что разница между теми двумя есть. Дважды прочувствовал, чтоб тебя! Пихаешь свой… своего «Егорку», куда не надо, а потом дядьке отдувайся за тебя.

— А сам-то? — с насмешкой выдал малой.

— Рот свой закрыл! — отвесил ему смачный подзатыльник. — Кофе ты на сегодня лишаешься и до дома дойдешь пешком.

— Мир… — заканючил малой.

— И еще, — сказал я прежде, чем сесть в машину. — Поговоришь с блондинкой, узнаешь, кто из вас и от кого беременный. Возьмешь на себя ответственность, если надо. Даю тебе неделю, а потом рассказываю все твоему бате. И приведешь мне эту шатенку.

— А она-то тебе нафига нужна? Я ее даже не знаю, — хмурился Егорка.

— А с ней поговорю я. Если твоя не-от-тебя-беременная беременна от тебя, то с той второй нам, похоже, еще родственниками быть. Да и извинения у неё какие-то вялые были. Всё. Жду неделю, потом — не обижайся.

Глава 3

— Перестань, — в неутешительные мысли ворвался Настин голос.

— Что «перестань»? — всплеснула я руками. — Я вчера ни за что ударила мужчину коленом в пах, затем обвинила его в том, что он бросил беременную, а потом еще и кофе ему же за шиворот плеснула. Горячий кофе, Насть! — таращила я на неё глаза. — Ты понимаешь, что за всё, что я сделала с этим мужчиной, меня черти будут по всем кругам Ада вертеть и жарить?!

— Ну, ты же извинилась, — слабая попытка Насти сделать мой день веселее была провалена с треском, когда я в очередной раз вспомнила, что сразу после извинений плеснула в этого мужчину кофе.

— Он мне сегодня снился.