Так что для того, чтобы подать на развод, я должен быть во всеоружии, потому что в этом случае я пойду ва-банк. На кону Тимка. Действовать нужно осторожно.

Масштаб того, что происходит за суровой холодной стеной по имени Мирон, вогнал меня в ступор. Я и представить себе не могла, что где-то там вне поля моего зрения, зреет самая настоящая бойня за малыша."

"— И да, Майя, — взгляд серых глаз значительно смягчился, голос стал казаться нежнее. — Я виноват, что не рассказал тебе о том, что до сих пор, по документам, женат. Но я и не думал, что в моей жизни появишься ты. По крайней мере, не так скоро.

Не думал, что всё зайдёт настолько далеко. Не поцелуй в ту ночь меня первой ты, уверен, это сделал бы я сам.

— Всё равно это бесчестно, даже с учётом того, что вы мне только что рассказали. Вдруг вы врёте? — заглянула я в его глаза. — Знаете, как бывает в фильмах — мужчина рассказывает любовнице байки одну за другой, выдумывает причины, по которым не может развестись с женой: сначала дети маленькие — их нельзя травмировать, потом жена старенькая — и травмировать нельзя уже её. И так до бесконечности. А я не хочу в эту ловушку, — слёзы душили.

Прямо сейчас я по своей воле буквально отрывала от себя мужчину, в которого уже по уши была влюблена.

— Я понимаю, — согласно кивнул Мирон. — И поэтому пока ничего, кроме ожидания не могу тебе предложить. Знаю, что ты не подпустишь к себе, пока ситуация не разрешится. Мне только нужно время. Время и твоя поддержка.

— Не думаю, что я смогу дать хоть какие-то показания в суде. Наверное, это будет неэтично.

— Тебе не нужно лезть в это дело, Май. Просто дай мне понять, что ты всё ещё рядом со мной и Тимкой.

Опустила взгляд.

Я не могла сказать ему это прямо сейчас. Не тогда, когда на меня свалилось столько информации, а вместе с ней ещё больше сомнений. Но… Он ведь представил меня своей семье. Если бы с женой отношения были плохие только в красочных историях для любовницы, то вряд ли он стал бы представлять меня родителям и братьям. Хотелось верить, но вместе с тем, не хотелось стать обманутой.

Всё так запутанно…

— Болит? — спросила я. Обхватила перебинтованную кисть Мирона и мягко погладила пальцами.

— Ерунда. Немного крови, пару ссадин…

Вскинула взгляд в серые глаза и только сейчас поняла, что так сильно тогда на даче хотела отключить себя эмоционально от Мирона, что даже не придала значения его ранам.

Но сейчас, когда злость не застилала глаза и разум, картинка в кровавых тонах ярко заиграла перед глазами.

Ладони вспотели, ноги обмякли.

— Майя, нет. Только не вырубайся, — подхватил меня Мирон на руки. — Смотри на меня. Смотри, Май… Твою мать! Зачем я сказал про эту кровь…

Хаотичные поцелуи в щеку и кончик носа не спасли меня от бездны, в которую я стремительно провалилась.