А до загса всего один перекресток.

– Софья, перестань, пожалуйста. Разве я тебя чем-то обидел?

– Нет, – сдавленно.

– Перестань… Там фотограф… а ты заплаканная…

– М. Я постараюсь перестать.

– Да хватит!! – торможу на стоянке загса и вылетаю из машины. Выкуриваю пару сигарет. Меня, бл*ть, трясет самого. Открываю ее дверь.

Из двери загса – невеста с букетом.

Я забыл цветы!!!

Доехали быстро, у нас еще минут двадцать.

И я могу сейчас быстро метнуться до цветочного ларька. Или поговорить с ней. Одно из двух.

К черту цветы. Подарю потом оранжерею, если она захочет!

Подаю ей руку, выходит.

– Сонечка, – обнимаю ее, преодолевая сопротивления. – Почему ты плачешь?

– Я уже не плачу.

– Поговори со мной, пожалуйста.

– Захар, давайте уже пойдем.

– Я сам решу, когда мы пойдем!

– Не надо сейчас со мной разговаривать, иначе я опять начну плакать, – с надрывом и очень прохладно. – И испорчу Вам все фотографии.

– Я не могу, Сонь…Не могу вести тебя туда в таком состоянии.

– А в каком состоянии я должна быть?

– Почему ты плачешь?

– Вам, Захар Тимофеевич, не понять. Это женское…

– А ты попробуй!

– Это же очевидно.

Я хотела не так свадебное платье надеть… Знаете ли, у девушек случаются мечты! А потом они плачут, когда мечты эти рушатся.

Мечты твои рушатся?! Не обо мне они, да?

– А как ты мечтала?! – всё-таки сносит меня. – С Ванечкой своим в загс идти?

– Мечтала когда-то, да. Представьте себе! – делает она шаг назад. – Что может девушка и о чем-то ином мечтать!

– ИНОМ? О чем, например? Подробнее.

Тормози, Волк! Тормози!!!

– Какой свадьбы ты хотела, Софья?

– Хотела… – ее плечи опускаются. – Чтобы Лиза была. И… родителей «пригласить», – касается она ладонью груди.

 – Но… может быть, будет еще у меня это, – опять текут слезы. – Потом.

– Не будет.

– Почему?..

– Хочешь… «пригласить» родителей на нашу свадьбу, делай это сейчас.

– Куда я должна их «пригласить»? В театр Захара Волкова?

Так…

Я слышу, как хлопает дверь соседней машины.

– Девушка!

Софья поднимает глаза и смотрит мимо меня.

– Девушка, Вас спасти?

Мои руки сжимаются в кулаки. Не надо сейчас к нам подходить! Я не в себе…

– Нет, спасибо, – горько улыбается Софья. – Меня уже один раз спасли.

Я захлопываю с яростью дверь машины. Беру ее за руку. Веду к лестнице.

У нижней ступеньки подхватываю на руки и несу наверх на руках.

– Что Вы делаете?!

– Не очевидно? Ревную.

– Отпустите меня.

– Нет. Этого не будет никогда.

Опускаю ее на ноги только перед парадными створками зала.

– Это для тебя, Софья, свадьба наша постановочная. А для меня она настоящая, если ты не поняла еще, – мои губы теперь тоже дрожат.

Отдаю кольца подошедшему регистратору.

– Вы готовы?

– Да!

Кладу руку Софьи на свою.