Она тоже здесь. И уже хорошо заметен ее животик. Я вижу, как она начинает паниковать.

Нет, суть разговора «мужчин» свидетель не помнит, тогда еще спал. Но когда подсудимый остался один, он предложил его соседу по палате помощь в виде двух инъекций, которые позволят ему уйти безболезненно. После чего пациент очень быстро скончался. У свидетеля плохое зрение, и он не видел, к сожалению, без очков, были ли поставлены инъекции, но судя по сказанному обвиняемым «будем решать проблему по-другому», лично он делает вывод, что нет. Медицинская экспертиза показала инфаркт.

Считает ли свидетель, что беседу обвиняемого с его соседом по палате можно считать психологическим давлением и доведением до смерти?

Протест защиты! Давление на свидетеля.

– Будут ли еще какие-то уточнения от свидетеля?

– Нет.

В зале тишина.

– Прокомментируйте, подсудимый."

"– Григорий – муж Раисы, моей клиентки и близкой подруги. Я – доверенное лицо их семьи в России. Они часто бывают за границей, – смотрю на Раису. – Прогнозы Григория по здоровью были плохими, прединсультное… Он панически боялся остаться неподвижным инвалидом и попросил жену в случае подобного исхода помочь ему перебраться в страну, где разрешена эвтаназия, и осуществить эту процедуру. В момент, когда случился инсульт, Раиса была за границей и не смогла прилететь. Раиса беременна, и была угроза выкидыша. Врачи запретили ей перелеты. Она попросила меня уточнить у Григория, хочет ли он осуществить то, о чем просил. Я задал ему вопрос. Всё.

– То есть, никаких инъекций Вы не ставили и не собирались?

– Конечно же, нет! Зачем мне это нужно? Я описал ему процедуру эвтаназии в специализированном учреждении. Быть может, свидетель немного не так понял детали. У суда ведь есть результаты судмедэкспертизы.

– То есть услуг, связанных с эвтаназией, Ваше агентство не оказывает?

– Только информационные. Мы можем проконсультировать на этот счет. Все.

– Тогда расскажите, подсудимый, в каких обстоятельствах Вы познакомились с женой.

Оу.

Перевожу глаза на адвоката.

У них есть еще какие-то свидетели? Показания, которых мы не знаем?

Тот растерянно пожимает плечами.

Очень аккуратно нужно сейчас врать. Нет. Врать сейчас нельзя. Если у них есть свидетель…

– Ко мне обратились за помощью люди. С их слов суть ситуации состояла в том, что их больная мать, настроенная какой-то мошенницей, хочет переписать на нее свое имущество, оставив законных наследников без наследства. Они считали мать недееспособной, у них был затяжной конфликт. Мы вмешались в эту ситуацию. Оказалось, что дела действительно обстоят так, за исключением того, что Софья, на тот момент еще Городецкая, не мошенница. Их договор с гражданкой Салтыковой строился на… дружеских отношениях, и та решила помочь Софье.