Я три дня просидела на жесткой детокс-диете, чтобы влезть в это облегающее платье с открытой спиной; и переодеваться теперь не собиралась. Несмотря на то, что длина юбки-карандаш доходила мне до икр, благодаря разрезу до бедра я могла пройтись по лестнице без особых проблем.

Данте окинул меня беглым взглядом.

— Ты прекрасно выглядишь, Валентина.

Всего лишь вежливость. Не было совершенно никакого намека на то, что он на самом деле находит меня привлекательной.

— Спасибо, — улыбнулась я и подошла к нему.

Он коснулся моей поясницы, чтобы подвести к черному «Порше», припаркованному у тротуара, и напрягся, когда его ладонь встретила мою обнаженную кожу. Не уверена, но мне показалось, что услышала, как он резко выдохнул. Мысль о том, что я могу оказать влияние на него, вместе с ощущением от его прикосновения вызвала мурашки по позвоночнику. Данте едва коснулся рукой моей спины и больше ничем не выдал своего удивления моей частичной наготой, когда подталкивал к пассажирской двери и открывал ее для меня. Я забралась внутрь, почти опьяненная триумфом от того, что мне удалось получить реакцию от айсберга. После свадьбы я постараюсь делать это чаще.

***

Когда мы остановились перед особняком Скудери, остальные гости уже прибыли. Мы могли бы пройтись пешком, если бы не четыре сантиметра снега, проблемы безопасности и мои высокие каблуки. Во время нашей поездки Данте не утруждал себя светской беседой. Казалось, что мыслями он где-то далеко. И на этот раз, когда Данте положил руку на мою обнаженную спину, внешне никакой реакции не последовало.

Дверь нам открыла Людевика Скудери. Ее муж Рокко, нынешний Консильери отца Данте, маячил у нее за спиной, положив руки ей на плечи. Они широко улыбались, провожая нас в приятное тепло холла. В центре его возвышалась восьмифутовая рождественская елка, украшенная красными и серебристыми шарами.

— Мы очень рады, что вы пришли, — с чувством произнесла Людевика.

Рокко потряс руку Данте.

— Поздравляю с отличным выбором, Данте. Твоя будущая жена выглядит потрясающе.

Было очевидно, что они из кожи вон лезли, стараясь быть милыми. Хоть и предпочтительно, чтобы новый Капо сохранил Консильери своего предшественника, традицией это не являлось, так что Данте, взяв на себя обязанности своего отца, мог назначить нового.

Данте склонил голову и вернул руку мне на спину.

— Да, она потрясающая, — сказал он просто, в то время как я могла только улыбаться.

Людевика схватила меня за руки.

— Мы были очень рады, когда узнали, что Данте выбрал тебя. После всего того, через что тебе пришлось пройти, только справедливо, что судьба повернулась к тебе лицом.

Я не знала, что ответить. Возможно, она говорила искренне. Трудно было сказать, ведь изначально они пытались женить Данте на Джианне.

— Спасибо.