Но странным было, как он теперь понял, не то, что три человека топтались на той стороне полосы. Странно было, что они вдруг исчезли. Да, если бы они пошли назад к поселку, к домикам строителей, то он бы видел их на полосе. Им минут пятнадцать топать с того края к прорабскому вагончику. Значит? Значит, ушли в лес. «Ах, ты шляпа», – выругал сам себя Шелестов.

Буторин вернулся только к вечеру и сразу явился к Максиму.

– Теть Дуся, жилец ваш дома? – раздался еще из сеней громогласный голос Виктора."

"– Что ж ты шумишь-то так, оглашенный! – укоризненно ответила хозяйка.

 – Максим пришел усталый, весь грязный, промокший. Может, отдохнуть прилег, а ты с шумом.

– Я тоже устал, тетя Дуся, – уже тише проговорил Буторин. – Только моя усталость через разговоры из меня выходит. Не поговорю – как ночь не спал! А Максим не спит, у него свет в окне виднеется. Я вам тут гостинец принес. По пути получилось. Машина, понимаете, застряла, мы ее вытолкали, а через борт капуста попадала. Ну и часть вилков полопались, разлетелись. Так нам в благодарность за помощь разрешили немного взять. Вот вам и на щи с вашим квартирантом!

– Эх, Виктор, какой богатый подарок.

Неужто некому больше подарить?

– Теть Дуся, – хохотнул Буторин, – вы с Максимом для меня самые близкие в этих местах люди! Держите.

Шелестов отодвинул занавеску и кивком позвал Буторина. Виктор уселся на свободный стул, сразу став серьезным и усталым. Он потер лицо ладонями, потряс головой, будто прогоняя сон, потом внимательно посмотрел на командира.

– Слушай, Виктор, я сегодня, кажется, засек чужаков на аэродроме, – сказал Шелестов и сложил руки на груди, задумчиво глядя в окно, поверх газеты, которой до половины было заклеено стекло.

– На аэродроме? – Буторин удивленно уставился на Максима. – Ты уверен? И что, вот так внаглую объявились?

– Сейчас это нетрудно, – поморщился с досадой Шелестов. – Полоса почти полтора километра. Аэродром еще не готов, никаких капитальных строений. Охранять нечего, нет там материальных ценностей, а строительную технику и лопаты сторож охраняет, старичок седенький. Я их видел у дальнего конца строящейся полосы, где работы сегодня не велись.

– А с чего ты взял, что это чужаки?

– Ну посуди сам, – начал перечислять Шелестов.

 – Они появились на дальнем конце полосы и там же исчезли. Я не видел, чтобы они шли туда со стороны лагеря, и назад они не вернулись. И, самое главное, они исчезли, когда на площадку приехал генерал от военной авиации. И спустя двадцать минут после исчезновения этих троих неизвестных я засек блики, отраженные от стекла на вершине сопки. Бинокль, Витя, это точно! Они вели наблюдение.

– А что им наблюдать, если они и так к самой полосе вышли? – с сомнением пожал плечами Буторин.