Я еле сдержалась, чтобы грубо не ответить — не хотелось ссориться. Лишь буркнула негромко:

— Спасибо, что разрешила.

После обеда пришла Лара, чтобы сделать мне прическу. Она у кого-то увидела нечто новое и шикарное, и ей не терпелось сотворить на моей голове шедевр. Честно сказать, мне было все равно, что она сделает.

Пока Лара укладывала волосы, я читала брошюру о разведении скота. Отец разрешил закупить для поместья мамы племенных овец, и я пыталась разобраться в новом для меня деле. Хотелось найти еще один источник дохода на будущее.

Задумавшись, я подняла глаза над брошюрой и глянула на камин. Несмотря на теплую осеннюю погоду, в замке было прохладно. В огне мне померещилось движение. Я поморгала и присмотрелась внимательнее. Сквозь языки пламени проступили черные глаза, а после и очертания знакомого лица. Мне вновь явилась гадалка с ярмарки."

"Она улыбнулась, будто понимая, что я ее узнала. Во всполохах огня показалась ее рука. Указательный палец с приметным кольцом ткнул в дверь. И тут же раздался стук. Я вздрогнула от неожиданности и повернулась на звук, при этом дернув головой. Лара тихо простонала: пряди, которые она держала в руках, рассыпались по моим плечам.

— Посмотрю, кто там, — сердито проговорила горничная.

Я же опять глянула на камин. Огонь весело пожирал поленья, раскидывая искорки и треща на своем языке. Никаких гадалок внутри не наблюдалось. Привиделось? Странно. Я нетерпеливо заерзала на месте.

Наконец, Лара вернулась, неся в руках шляпную коробку. Головной убор? Но я ничего не заказывала. С нетерпением подцепила пальцами крышку, за моим плечом ахнула Лара:

— Миледи, какая она красивая!

Я была полностью согласна с Ларой. Засунула руку в коробку, пальцы ощутили бархатную поверхность, и я вытащила на свет великолепную маску карминного цвета. На пол выпала записка.

— Леди Эмилия, этот аксессуар великолепно подойдет к вашему платью. С уважением, тэна Явелия, — прочитала Лара.

— Да, — я как завороженная продолжала смотреть на маску.

Она будто просилась, чтобы ее надели. Основной цвет оттеняло молочное кружево по краям маски. Такого же оттенка были и ленты. Прорези для глаз украшали мелкие самоцветы. Не маска, а произведение искусства! Вопрос в том, решусь ли я ее надеть?

Маленькая девочка внутри меня хлопала в ладоши и просила пойти на бал в новом платье. Ей так хотелось надеть достойный наряд, а не темное платье дуэньи. Хотелось танцевать на балу, радоваться и ловить восхищенные взгляды.

Но я не могла себе этого позволить. «Опасно, опасно, опасно», — голосом мамы твердил рассудок. Вот только жизнь проходила мимо, а я ее не видела. А вдруг это последний шанс почувствовать себя как все? Ведь мне уже двадцать восемь лет.