Чуть добавить коричневых теней (других нет, у меня с собой была только нюдовая палетка, чтобы поправлять макияж на работе), чуть подтемнить коричневым карандашом основания ресниц и брови, накрасить ресницы всем тушью, тронуть розовым блеском губы…

– Боже, Рина, ты волшебница! – ахнула Эмма, глядя на себя в зеркало.

Хотя ей-то что, она темненькая, у нее свои и брови, и ресницы, пусть и не очень длинные, но густые и закрученные. Это я блондинка, мне если лицо не нарисовать, то буду как моль бледная.

Кроме меня, макияж сильно преобразил Марион. Она ведь тоже блондинка.

Но та только небрежно взглянула в зеркало и пожала плечами. Клодина же прилипла к своему отражению и никак не могла поверить, что это – она. И без всякой магии, только чуть косметики!.. Мы с трудом утащили ее к карете, когда та подъехала. Хохоча, надели маски еще в доме и отправились на бал.

Вместе мы представляли собой разноцветный букет. Мне досталось голубое платье. Оно имело самые длинные рукава из тех, что были на выбор в салоне родственницы Клодины. Девочки мне его уступили, когда я сказала, что мне нужно именно такое. У платья был рукав где-то три четверти с широкими оборками из кружева, которое важно будет не испачкать на балу.

Невестин браслет пришлось оттянуть повыше, прямо к локтю, но дальше он не проходил никак. Так что я все время волновалась, как бы он не стал виден. Маска была украшена голубыми перьями.

Темноволосой пышке Эмме досталось розовое платье с довольно откровенным по ее меркам вырезом. Грудь у девушки была большая и красивая, а талию утянул корсет, так что выглядела она великолепно, хоть и стеснялась ужасно. Я бы с ней поменялась, но рукава-фонарики на этом платье были еще короче, чем на моем: выше локтя.

Маска ее тоже была украшена розовыми цветами.

Марион досталось темно-зеленое, почти черное платье из какого-то заморского шелка – блестящее и переливающееся. Если бы не блеск, его можно было бы назвать подходящим для вдовы или ведьмы, настолько оно было темным, а с блеском она выглядела Хозяйкой Медной Горы. На ее маске довольно хищной формы можно было разглядеть чешуйки, а острый кончик спускался на нос, будто клюв какой-то птицы. Хищный, но интригующий образ.

Клодина же надела нежно-сиреневое платье, украшенное какой-то хитрой вышивкой: несколькими стежками ткань была стянута таким образом, что издалека в складках виднелись цветочки с серединками-бисеринками.

Такой рисунок гроздьями сирени асимметрично спускался по лифу на бок, а левое плечо было полностью обнажено. Так что платье, как бы оно ни нравилось, совсем мне не подходило. По местным меркам оно считалось довольно экстравагантным из-за отсутствия одной лямки, но при этом создавало очень нежный и красивый образ.