– Просто я тиран, – Эрвин развёл руками и посмеялся. – На самом деле, в ночной вахте частые смены – нормально. Лучше немного отвлечься и передать управление другому, чем потом обнаружить, что сбился с курса.

Как выяснилось, Минти обожала паруса. Всякий раз, когда мы выходили из каюты, она таращилась на них огромными полными восторга глазками. Летать пока не решалась, но было очевидно, кото-феечкам самое место на корабле. Уверена, когда подрастёт, будет скакать по ним только так.

Сейчас я отпустила её баловаться в разложенных зачем-то снастях. За борт не вылетит, но может спать спокойней будет?

– Хочу тебе кое-что показать, – Эрвин подвёл меня к бортику.

Я послушалась, заинтригованная. Эрвин встал за спиной и завёл руку под мою, поддерживая. И в этот мне на ладонь прыгнули несколько капель. Будто дрессированные котята.

– А теперь, самое интересное."

"Вода засветилась красивым насыщенно-розовым. Теперь над моей ладонью кружили искрящиеся пузырьки, будто мы в космосе и силы притяжения нет. Блики света скользили по лицу, попадая в глаза, но я не могла отвести взгляда.

– Это называется сердце русалки, – объяснил Эрвин. – Мерцать будет, когда рядом ладони женщины и мужчины. А ещё, – он усмехнулся. – Говорят, что если они влюблены, то можно различить пение.

Самовнушение или нет, но после этих слов я напрягла слух и будто бы услышала в ветре неразборчивое напевание. Не уверена, что оно правда есть, но мне очень уж хотелось услышать.

– Нет… Такого у нас совершенно точно нет. Это потрясающе, Эрвин.

И снова мысли потекли куда-то, где мираж пения будет очевиден. Но… мне, вроде как, нельзя. Да?

– «Говорят», – повторила я.

Глава 21

Эрвин повёл плечом и задумался. Он явно прислушивается, может тоже слышит ту же призрачную мелодию, что и я? Мне бы хотелось, чтобы это было правдой.

– Любовь должна быть в паре и взаимной. Если есть чувства только у одного, пения не услышать, – ответил и одновременно не ответил он, после усмехнулся. – С другой стороны, это может быть просто красивая морская легенда.

Адмирал опустил руку и капли разбились о мою ладонь. Стало темно и немного грустно. Впрочем, Эрвин почти сразу сгладил ощущение.

– У вас наверняка есть подобные байки. Мы много говорили о самом мире, но не о твоей жизни там. Расскажешь?

– Ну, это не так интересно, как красота магии, хотя некоторые вещи сопоставимы. Пока я училась в школе, часто путешествовала. У родителей работа разъездная, так что мы жили то в одной стране, то в другой. Было здорово. Немного грустно оттого, что друзей мало, но этот недостаток компенсировали удивительные места. Сложно выделить что-то одно, но каждое новое было… другим.